Небо темное и тяжелое, клубящийся черный дым, как будто скрывается за гигантскими трубами промышленных зон. Убогий район с чадящими электростанциями и гремящей железной дорогой — серость несусветная. Внутри трехкомнатной квартиры, казалось, мир иссяк: отдельное пространство заставило мать взъелиться....
– Лизунь, ну чего ты пургу несешь? Ты что, не знала, кто я такой? Ты не видишь, что за люди у меня бывают? Ты же знаешь, что я бандит, что у меня своя бригада... Это Улюкаев у нас чисто ботаник, интеллигент типа. Он у нас чисто в бизнесе. А я больше своей братвой занимаюсь... Слушай, а может, ты с Улюкаевым зажигаешь? – изобразил ярость Нахрап.
Лиза от испуга вжалась спиной в стенку. И глаза распахнулись широко-широко, как бы из глазниц не вывалились.
– Может, ты с Улюкаевым, спрашиваю?
Паша Улюкаев был его замом, а если точней, исполнительным директором всего предприятия, которое подсуетил ему Алекс.
Кабинет Улюкаева находился за стеной и выходил в приемную. А Паша хоть и толстенький, в очках, но смотрится вполне презентабельно. И костюмчик на нем здорово сидит.
– Нет, что вы!
– Если узнаю, убью!
– Да нет у нас ничего!
– Да ладно тебе, видел я, как ты глазки ему строишь.
– Не строю я ему глазки!
– А мне?
– Ну, мы же договорились, что никакого интима.
– Ты с бизнесменом договаривалась, Лизунь. А с бандитом о таких делах не договоришься. Потому что бандит на то и бандит, чтобы людей мучить. Да, такой я злой и страшный, потому люди меня и боятся... И ты должна была это понимать и понимала, но ко мне работать пошла, потому что готова была к тому.
– К чему к тому?
– К тому, что я тебя мучить буду... Вот я этим сейчас и займусь.
Нахрап подошел к побелевшей от страха девушке, взял ее за шею.
– Ты все знала, Лизунь. И почему я тебе штуку баксов плачу, тоже знала. И ко всему была готова... Ты знаешь, сколько проститутка за час зарабатывает? Десять баксов. И это в лучшем случае. А у тебя штука. Ты за год квартиру в Москве купить сможешь. Как раз и парень твой из армии вернется, новоселье справите... Ты же на это рассчитывала?
– Вадим Евгеньевич, не надо!
– Тогда вали отсюда!
Лиза дернулась, пытаясь уйти, но Нахрап силой ее удержал.
– Или ты увольняешься, или получаешь штуку двести в месяц! Одно из двух...
– Я не знаю, – замялась девушка.
– Что ты не знаешь? Думаешь, фотомодель больше зарабатывает? Может, и больше, но ненамного. И то, если в постель с клиентом ложится. Как проститутка... Хочешь элитной проституткой быть?
– Нет.
– А то я могу подсобить.
– Не надо.
