В темноте и без света, только ритмичные звоночki заставляют просыпаться. Я на мгновение задыхаюсь от ужаса, прежде чем глаза открываются: пять утра. Кто бы мог подумать, что в такое время можно получить звонок? От неожиданности голос знакомый и тревожно жалобный: "Дашенька, деточка"....
Похоже, «За всеми зайцами» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Возле особняка стояла тишина, ни полицейских, ни газетчиков. Позвонила в домофон. Ответила Луиза:
– Да?
– Луиза, это я, Даша, откройте.
Ворота отворились, и я влетела в сад. От двери по дорожке медленно брела похожая на тень девушка. Я с трудом узнала всегда аккуратно одетую Луизу. На этот раз на ней висел какой-то халат, косметика отсутствовала. Но странным образом Луиза похорошела:
– Спасибо за визит, – прошелестела она бесцветным голосом, – так непривычно одной в доме.
– А где отец?
– Вызвали в полицейское управление, а потом поедет к маме в клинику.
Несмотря на жару, Луиза зябко передернула плечами.
– Ты ела что-нибудь?
Луиза задумчиво проговорила:
– Вчера, кажется, пила чай.
– Но так же нельзя, – возмутилась я и потащила девушку на кухню, – сейчас велю приготовить ужин.
– Некому велеть, – произнесла Луиза, – отец рассчитал кухарку, мамину горничную, выгнал всех слуг.
– Кто же убирает особняк? – изумилась я.
– Я навела порядок в столовой и гостиной, но пылесосить все комнаты мне не под силу.
"Я заглянула в холодильник: ни яиц, ни сыра, ни масла, ни колбасы. И чем здесь питаются? На полке скучал пакет обезжиренного молока. Так пусто не было у меня даже в былые годы перед зарплатой. В шкафчике нашелся пакет овсянки.
– Будешь геркулесовую кашу?
– Все равно, – ответила Луиза и тихо заплакала.
Матерясь про себя, я стала помешивать кашу.
– Все это ужасно, не могу понять, почему Селина решила покончить жизнь самоубийством.
– Она не делала этого, – невнятно произнесла Луиза, – кто-то убил мою сестру и хотел инсценировать самоубийство.
Я так и замерла над кастрюлькой.
– Откуда ты это взяла?
– Когда полиция осматривала тело, нас попросили выйти, но я была в туалете и слышала через отдушину, как медэксперт объяснял комиссару, что это явное убийство. У Селины на шее от веревки остался такой след, какие не бывают у самоубийц. Эксперт почти на девяносто пять процентов уверен в убийстве.
– А комиссар?
– Он выслушал коллегу и сказал, что в интересах дела надо поддерживать версию самоубийства. Нашей семье официально сообщили, что мы не имеем права хоронить тело, пока идет следствие.
В этот момент каша с громким шипением вылилась на конфорку, в кухне резко запахло горелым. Я уставилась на испорченный ужин.
– Луиза, будь умницей, подожди меня, я съезжу в магазин.
Девушка покорно закивала головой.
