В темноте и без света, только ритмичные звоночki заставляют просыпаться. Я на мгновение задыхаюсь от ужаса, прежде чем глаза открываются: пять утра. Кто бы мог подумать, что в такое время можно получить звонок? От неожиданности голос знакомый и тревожно жалобный: "Дашенька, деточка"....
Похоже, «За всеми зайцами» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Ну, прямо зоопарк, – проговорила Лелька.
– Ладно, ладно, – успокоила ее Наташка, – распаковывайся и спускайся в гостиную, надо решить много вопросов. Кстати, где Костик?
– Не знаю, вышел из комнаты и исчез.
Бывший супруг обнаружился в кабинете. Стоял молча перед небольшой картиной Констебля. Увидев меня, вздохнул и агрессивно спросил:
– Ты хоть знаешь, сколько стоит это полотно?
– В общих чертах.
– «В общих чертах», – передразнил Костик, – да если его продать, я могу всю жизнь не работать в этом идиотском институте, не думать о хлебе для семьи.
Костик не менялся. В бытность моим мужем он регулярно увольнялся с работы и оседал дома, готовясь создать шедевр. Однако злая судьба все время ставила препоны.
Сначала приходилось покупать новый мольберт, старый выглядел обшарпанным. Потом начинались регулярные головные боли, и он мог только лежать на диване и смотреть телевизор. Затем подводило давление – поднималось до 200, и приходилось опять лежать.
Я обозлилась:
– Ты помнишь, зачем приехал? Хватит глядеть по сторонам.
Мы вышли в коридор, и через несколько шагов Костик превратился в жену Лота.
– Что это? – ткнул он пальцем в небольшое полотно.
– Ван Гог, сам не видишь?
– Почему он висит тут, его же никто не заметит.
– Жан очень не любил Ван Гога, говорил, что у него от этого, так сказать, творчества открывается понос. Поэтому картину перевесили подальше от спальни, чтобы не раздражать.
– Твой муж-миллионер просто ненормальный, продал бы лучше, а то запихнул в темный угол такое!
Я усмехнулась. Значит, Костик полагает, что это я вышла замуж за Жана, а не Наташка. Разубеждать его мне не хотелось:
– Видишь ли, Жан не очень разбирался в искусстве.
Бывший муж посинел:
– Ты хочешь сказать, что все, здесь понавешанное, – подлинное?
– Да, копий нет.
– Ну ты и сволочь. – Костик окончательно перестал владеть собой. – Живешь в трехэтажном особняке с приживалами, купаешься в деньгах, а я медные копейки собираю, на кефире экономлю.
