Автор
Молодая студентка забросила все для того, чтобы достичь высшего образования в сфере археологии. Матвей гордится ее решением и готов помочь в любых проблемах. Но бабушка не выдерживает воспоминаний о покойном дедушке, ученом-археологе, что делает ситуацию еще более сложной....
— Поставь на пол, я не ребенок, — цежу сквозь зубы. А он хохочет, запрокидывая голову."
"— Ты просто не понимаешь, что сделала. Мирон за последние полгода ни разу не проигрывал. Ты нажила себе врага, малышка Лия.
Тоже мне, открыл Америку. Судя по всему, я его нажила в тот день, когда помешала дылде Алине пройти в ворота школы. А если мой бросок действительно помог проигрышу этого сноба… я только рада!
— Офигеть. Просто офигеть! Всего пара дней, а ты уже успела познакомиться с самим Горецким, облить Миронова и стать причиной ненависти Лютовой.
— Оно само получилось. Я их никого не трогала. И Макс ко мне первый подошел.
— Я думаю, неспроста.
— В смысле?
— Ну, она наверняка видел утреннее шоу, а если они с Мироном враги намбер ван, то логично познакомиться с тобой.
— Если честно, не вижу логики. Пойдем лучше в душ, а то я вся мокрая. Здесь как, очередь занимают, или какой принцип действия?
— По очереди. Предлагаю идти одна за одной. От наших змей чего угодно можно ждать.
— Фильмов американских насмотрелись? — Мне становится смешно. Ну не закроют же меня в душе, как в триллерах и ужастиках?
— Зря смеешься. Говорят, пару девчонок вынудили уйти из школы, заперев голышом в душевой. Так что… — Оля выразительно вращает глазами, а я осматриваюсь. Капец! Они тут на всю голову что ли отбитые?
Хотя вчерашняя выходка и моя сегодняшняя… Стоп. Я просто обозначила свои границы.
— Еще начало дня только, а я уже устала. — Оля стонет на второй перемене, растирая плечи.
— Чем ты таким занималась? Вроде на разминке особо не напрягалась?
Хмурю лоб, пытаясь вспомнить, а делала ли она хоть какие—то упражнения? Про себя помню, что нет. Но у нас с дедулей каждое утро зарядка. Ему для сердца полезно, а я за компанию.
— Да вчера весь вечер помогала матери вешать шторы. Руки болят. Во всех семьях мужики этим занимаются, а у нас я. Вот у тебя дома кто занавески крепит?
— Я, — пожимаю плечами. А кто еще—то? — Стираю и глажу тоже я.
— Жееесть. А мама совсем что ли не помогает? Моя хотя бы гладит сама.
— Оль, я бы не хотела говорить о своей семье. Не то, чтобы я стеснялась, но… — Раздумываю, сказать или нет. Все равно, наверное, узнает, раз мы начали дружить. И лучше уж от меня. — Только ты никому, ладно?
Мы отходим к колонне, которая делит рекреацию на несколько зон.
— У меня нет родителей, я живу с дедушкой.
— Ой, Лий, прости. — Ольга прикрывает рот ладошкой, с испугом смотря на меня.
— Ничего. Ты же не знала.
