Потому что план, который она упомянула, направлен как раз на то, чтобы родители остались не в курсе. И она надеялась, что все сработает.
Украдкой она разглядывала полицейского, с которым столкнулась уже в третий раз, и не могла бы назвать эти встречи желанными. Не только потому, что они сулили ей проблемы, но и потому, что этот человек ей не нравился. Он отталкивал. Такими людьми, как он, невозможно управлять. Они за милю чуют чье-то намерение обмануть или использовать, и ставят подножку до того, как поймешь, что уже не владеешь ситуацией. Они всегда на два шага впереди. Внимательные, расчетливые, хитрые.
В участок приехали молча. Так же молча Клиффорд провел детей внутрь, запер в тот же самый изолятор, где Нине уже довелось побывать, и молча удалился в свой кабинет, позвякивая ключами.
– Что делать будем? По-любому родителям пошел звонить. – В отчаянии Отто даже снял панаму, чтобы сесть на нее, потому что ни на что другое, кроме голого пола, здесь нельзя было сесть. Нина осталась стоять, опершись на решетку. Она напряженно думала. В правом ухе у нее тоненько звенело.
– Блефует, – тихонько сказала она. – Специально. Напугать хочет. Никому он не звонит. Сидит и отмеряет время, чтобы к нам выйти.
Нина пожала плечами. Все здесь было ей уже знакомо, включая странного офицера. Поэтому она переживала гораздо меньше товарища. В первый раз ей удалось выйти сухой из воды. Но ведь в первый раз все было по-другому.
– Я уже имела с ним дело. Вот увидишь.
– В тот раз я видела у него в кабинете шахматную доску…
Отто мгновенно догадался, что она планирует сделать. Это сулило еще бо́льшие неприятности, но Нине, кажется, было все равно. На ее губах уже играла та самая азартная ухмылка, не предвещающая ничего хорошего, когда человек готов пойти ва-банк, поставить на кон все ради мизерной возможности выиграть. Возможности, которая тем более привлекательна, чем меньше шанс ее реализации.
– Он ни за что не согласится! Ты видела его? Да ты лучше меня знаешь, что он не сделает этого.
– Ты вообще видела его лицо, когда он разговаривает? Это же не человек, это механизм какой-то, – горячо шептал Отто, стараясь переубедить Нину совершать отчаянный шаг. – Этот план не подходит. Ты усугубишь наше положение. Давай придумаем новый.
– Он скоро вернется и заберет меня. Только меня. Я попробую договориться.
– А если не получится?
– А что у них на нас есть? Ничего страшного мы не сделали. Даже не взяли там ничего. Кражу не приклеить. Мы, может быть, на спор туда приехали, чтобы пройтись в темноте. Может, у нас собака туда сбежала. Самое страшное, что нас ожидает, – узнают родители. Ну да, плохо. Но не смертельно. Задержание и воспитательная беседа – тоже.
– Мы зашли на частную территорию. За это штрафуют.
– Да это же свалка, Отто.