– Точняк, совсем забыл тебе рассказать.
– Пока тебя не было, в школе кое-кто появился.
– Взгляни на три часа. Только медленно и незаметно. Не дергай головой, ради всего святого, а то она у тебя точно оторвется и по полу покатится.
Нина попыталась незаметно посмотреть направо и увидела – у самой стены, спиною к ней и лицом ко всему залу, за одиночным столиком сидел кто-то, кого она раньше, кажется, не видела.
– Это еще на хрен кто такой? Только не говорите, что…
– Именно, – закивал Алан. – Именно к нам.
– Святые кварки! Стоит один раз отлучиться в госпиталь, и тут уже происходит черт знает что. Да вас вообще одних оставлять нельзя.
– В силу сложившихся обстоятельств, которые мы, прошу заметить, терпеливо без тебя, Нина, не обсуждали, предлагаю теперь каждому высказать личные соображения о данном субъекте, если таковые имеются, – деловито предложил Алан, будто открывал заседание суда. – Только коротко. И не пяльтесь на него, придурки. Давайте, пара слов. Блиц-опрос.
Лисбет заметила, что он выглядит так, будто слушает «Slayer» 24/7 или еще что-нибудь в этом духе. Клаус пожал плечами и сказал, что ему плевать до тех пор, пока этот бугай их не трогает. Бекка заметила, что у него отталкивающее лицо и когда на него смотришь, то прямо мурашки по коже. Отто сказал, что из-за травмы Нины он про него даже думать забыл и только сейчас вспомнил, что в классе новенький.
Нина бросила еще один незаметный взгляд направо и на этот раз рассмотрела больше. Серая водолазка в облипку на крупном торсе, джинсы на ремне, черный плащ перекинут через спинку соседнего стула, короткая вязаная шапка едва прикрывает уши с серебряными сережками и старомодной проводной гарнитурой, высокие шнурованные ботинки, похожие на военные, на указательном пальце широкое серебряное кольцо, на лице – хмурый взгляд, а на щеке крупный белый шрам, напоминающий почему-то шов на варенике.
Весь он с головы до ног производил впечатление, будто и не человек это вовсе, а огнестрельное оружие. Матово блестящий, начищенный и смазанный «глок», готовый к применению по назначению, способный накормить любого холодным невкусным свинцом, но лежащий в кобуре и потому создающий иллюзию безопасности.
Когда Нина вернула взгляд, Алан покачивал рукой единственный свободный стул (Ханны сегодня не было в школе) и многозначительно смотрел на каждого. Отто отрицательно мотал головой, остальные хмурились. И тут до Нины дошло.
– Не вздумай, – сказала она.
– А почему? – весело спросил Алан. – У нас как раз свободное место сегодня, да, Отто?
Блондин смотрел недовольно.
– Только аппетит всем испортишь. Зачем он тебе тут нужен?
– А что такого, если мы проявим дружелюбие? Хоть кто-то должен его проявить.