Но если мечтаешь стать спортсменом, нужно уметь терпеть боль. Нина умела.
Девочка, идущая за его спиной, засмеялась громче, чем требовалось, чтобы привлечь к себе внимание. Преследованием она его и так привлекала сполна, но не так, как ей хотелось бы. Ее спутницы от десяти до четырнадцати лет мгновенно подхватили несложный трюк, возводя нервирующую канонаду в абсолют.
У него заскрипели зубы.
А может, им действительно доставляло веселье плестись за ним следом на небольшом расстоянии, пока он возвращался домой из школы, и так день изо дня. Шумно общаться, раздражающе хохотать там, где можно просто улыбнуться, сверлить его спину глазами, с трепетом ожидая, когда он обернется и посмотрит на кого-нибудь из них, чтобы обсуждать это событие еще неделю и делать выводы, кто ему нравится больше всех (никто).
Состав преследовательской группы время от времени менялся, в него прибывали новые девочки, а старые почему-то отваливались и больше этим не занимались, но он не запоминал их лиц, чтобы это заметить. Особо смелые могли окликнуть его с идиотским вопросом или просьбой, но всегда получали неприятный взгляд или ответ сквозь зубы.
В отличие от них, ему этот балаган осточертел с самого начала. Ничего забавного в том, чтобы не иметь возможности побыть одному, не было. Но он не мог прекратить преследование. Кричать было бесполезно: раскаты его голоса, никак не свойственные возрасту, приводили девочек в языческий восторг, какие бы слова он ни использовал, и давали новую пищу для восхищений и обсуждений, а применять силу было нельзя, хоть и очень хотелось в отдельных случаях, когда его доводили. Чем грубее он их отталкивал, тем охотнее они следовали за ним, как будто злость и отстраненность мальчика привязывала их все туже, влекла сильнее всего прочего в нем.
Сам он девочками еще не интересовался, поэтому не знал, как все устроено в общении с противоположным полом. Избегая их, он, оказывается, давал поводы для интереса к своей персоне, и это противоречие вызывало недоумение. Он терпел, смирившись с непонятной участью, пока его не начинали откровенно провоцировать на контакт, зная вспыльчивость мальчика. Самым главным было вывести его на реакцию, как дети поступают с хищником, который мирно спит в дальнем углу клетки, когда приходишь в зоопарк. Чтобы увидеть зверя в действии, они кричат, дразнят его, стучат по стеклу, могут что-нибудь в него бросить, только бы разозлить и заставить двигаться. Иногда он ощущал себя именно таким животным, это ему не нравилось.
