В заброшенном доме у зеркала начинается серия кровавых приключений. Он вынужден бежать от преследователей, каждый шаг которого становится новой угрозой жизни. С каждой страницей открывается сложная схема заговора и его соблазнительный мрак.
– Дом окружен защитным полем, – продолжал Рум зловещим шепотом, – И только самые сильные студенты смогут преодолеть его и дотронуться до ручки двери! Но бойтесь, если внутри дома прозвенит колокольчик, значит…
Мы затаили дыхание. Я тоже. Вот же умелец рассказывать страшные истории!
– Значит… Ректор увидел тебя! – заорал Рум.
И мы тоже заорали и отскочили в стороны. Я едва не сбил с ног Летицию, которая, оказывается, давно стояла за нашими спинами и прислушивалась.
– О светлые боги, – пробормотала она, прижав ладонь к груди.
– Мы идем к дому ректора! – закричали все в один голос.
И я вместе с остальными. Чувствую, Рум все-таки превратит меня в разгильдяя.
Глава 7
Летиция
Я не знала, что территория Академии такая огромная. До сегодняшнего дня мой маршрут пролегал между общежитием, столовой и учебными корпусами. Все эти здания окружал парк, но здесь он был ухоженный, светлый. На аллеях стояли скамейки, по вечерам горели фонари.
Однако если оставить позади павильоны и стадион, обойти озеро, то попадешь в неухоженную и дикую часть парка, где дорожки заросли травой, а ветви деревьев переплелись между собой.
Чем дальше мы шли, тем неуютнее мне становилось. И не только мне: сначала все болтали и смеялись, но постепенно голоса делались все глуше. Рум сменил ипостась и посадил гному себе на загривок. Мы сбились в тесную кучку, жались друг к другу, как перепуганные дети. Ларнис шел рядом со мной, его рука почти касалась моей.
– Это лишь игра, – шепнул он.
– Ага…
Лишь игра. Вот только сейчас в звенящей ночной тишине наша глупая затея не казалась такой уж забавной.
– Почему он заперся в доме? – спросила я, когда стало невыносимо слышать наше быстрое дыхание и хруст веток под ногами. – Ну, ректор.
– Да кто же его знает, – откликнулась Руби, которая тоже обрадовалась возможности поговорить. – Еще несколько лет назад он не был затворником. Принимал студентов, разгуливал по кампусу запросто, все могли его видеть.
– Какой он? – спросил Ларнис.
Рубелла ответила не сразу, наверное, пожимала плечами, но потом сообразила, что ее жеста в темноте никто не разглядит.
– Те, кто видел, давно закончили Академию и разъехались, а новенькие не знают, даже старшекурсники.
– А преподаватели? – удивилась я. – Они-то должны знать.
– Попробуй спроси их об этом, – откликнулась Лули недовольным тоном. – Я пыталась, а в ответ получила: думайте лучше об учебе, Лулиана. Это вас не касается, Лулиана. И все в таком духе.
