– Летиция, напоминаю, что тело убитой находится в стазисе, оно не изменилось с тех пор, как мы его обнаружили, а обнаружили почти сразу после смерти. Жертву так часто пытались допросить, что она уже не реагирует на формулы воззвания. Вся надежда на тебя. Скажи, когда будешь готова.
Дознаватель отошел к столу, чтобы прикрепить листы на дощечку: станет вести протокол допроса.
Лети теребила в руках цепь амулета и покусывала губы, глядя на очертания тела под покрывалом. Потом зажмурилась и сняла с шеи защищающий ее камень. Протянула мне.
– Подержишь? – Голос дрожал."
"Мне так хотелось схватить Лети в охапку, вытащить за дверь и уговорить отказаться от этого безумия. Без амулета она беззащитна, дар неуправляем и может наделать бед.
Но я всегда знал – видно, это всегда было частью моей души, – что близкий человек имеет право на принятие решения, пусть даже это решение опасно. Там, где заканчивается свобода выбора, заканчивается и любовь. Но я могу быть рядом и разделить с Летицией ее страх.
Я взял амулет, нагретый теплом тела Лети, бережно сжал, будто это могло защитить мою девочку. Мою отважную девочку.
– Я готова, – сказала она.
Господин Тинер кивнул и одним рывком сдернул ткань. Мы подошли ближе. Перед нами лежала девушка в простом, но достаточно нарядном платье. Каждый день в таких не гуляют, надевают только по праздникам или собираясь на свидание. Темные локоны, когда-то шелковистые и блестящие, теперь напоминали кукольные волосы. Бледные щеки, бескровные губы. Я грустно подумал, что девушка была хорошенькой и совсем юной, но кто-то безжалостно оборвал цветок жизни, не дав ему полностью распуститься.
На шее зияла страшная рана, кое-как стянутая грубыми стежками.
– Думали, что это поможет ей отвечать на вопросы, – сказал господин Тинер, заметив, что я смотрю на швы. – Бесполезно. Ну хоть голова держится – и то ладно.
Он откашлялся, поняв, что Летиции и без подробностей не по себе. И все же она сделала еще полшажка вперед.
– Ладно, – тихо-тихо произнесла она. – Я попробую.
Лети сотворила простейшую формулу воззвания: сложных нам пока и не давали. Тело никак не отреагировало на магию, даже не шевельнулось.
Господин Тинер напряженно смотрел на Летицию, сжав в руке карандаш так сильно, что, казалось, тот вот-вот переломится пополам, но не вмешивался.
Лети попробовала еще раз с тем же результатом. Она задумчиво опустила руки и стояла, не шевелясь, разглядывая несчастную.
– Мне жаль, что так случилось, – тихо произнесла она. – Позволь тебе помочь… Мы обязательно найдем того, кто это сделал.
А потом… Не знаю, успел ли дознаватель понять, что произошло, я – нет.