Автор
Эля проникается кошмарами каждый день, переживая двадцатый юбилей в грусти за смерть своей матери уже полгода назад. Чувствует себя под давлением и надеждой на лучшее почти утратила, хотя только в начале лета. Но однажды неожиданно решает взять мужа отца, переставляя все силы в свои руки....
Я по нему очень соскучилась. Когда я снова в нем окажусь, то все встанет на круги своя.
Звонок в дверь отвлекает меня от нанесения легкого макияжа за маминым столиком. Неужели отец снова пришел? Если да, то мне сейчас не до него.
Стараюсь бесшумно идти к двери. Если это он и в прежнем виде, то я просто уйду.
Но я вижу в глазок парня в кепке, и у него что-то в руках. Это не то, что я думаю? Цветы?..
Распахиваю дверь.
— Добрый день…
— Доставка. Распишитесь, — и я расписываюсь. — Вот, пожалуйста.
— Спасибо… — беру букет в руки и, сделав шаг назад, закрываю дверь, не сводя взгляда с букета, а если быть точнее, то с маленького конвертика, что торчит между бутонов.
Иду в кухню и, достав записку, кладу букет на стол.
Спешно вскрываю записку и читаю, задержав дыхание:
«Тебя уже тошнит от них, наверное, но знай, что так я извиняюсь».
Глава 12
Я улыбаюсь, читая его слова и снова.
Ненавижу себя за эту улыбку.
И мне в целом не нравится то, что я сейчас испытываю.
Искренний восторг и радость. Солгу, если оно не так.
Но мне это не нужно. Я не должна этого испытывать. Его внимание мне больше не нужно. И пусть я все еще хочу мести, но, черт возьми, я не должна впутывать его в это. Все это, как сказала мне Кира, очень плохо закончится. Уверена, что будет еще хуже, чем я себе представляю.
А еще это саморазрушение. Я себя разрушу, если продолжу ей мстить. Я уже знаю, как будет.
Я будто прозрела, когда вернулась после того вечера.
Сейчас, когда слышу у себя в голове его голос, мое сердце снова так знакомо пропускает удары.
Я на распутье.
Кладу записку на стол и беру букет в руки. По моей спине бежит мелкая дрожь, когда я вдыхаю аромат сладких пионов, утыкаясь в них носом.
Нет, меня не тошнит от цветов. Я их люблю. Иначе бы не продолжила мамино дело. У мамы уже был этот магазин, когда мне было десять. Помню, как приходила к ней после школы, там же делала уроки, а потом вместе с ней шла домой.
Поставив букет в вазу, я беру с холодильника его визитку и набираю номер. У меня есть к нему вопросы. Не хочу ждать, когда он еще что-то сделает.
— Да, — звучит строгий мужской голос. Его голос.
— Вы теперь знаете мой адрес? — он должен узнать мой голос.
Он либо думает сейчас, что ответить, либо же еще не догадался, кто с ним говорит. Мне кажется, что первое.
— Да.
