Автор
Эля проникается кошмарами каждый день, переживая двадцатый юбилей в грусти за смерть своей матери уже полгода назад. Чувствует себя под давлением и надеждой на лучшее почти утратила, хотя только в начале лета. Но однажды неожиданно решает взять мужа отца, переставляя все силы в свои руки....
Он, наверное, думает, что я что-то из себя изображаю, хочу, чтобы за мной побегали. Но это не так. Я просто хочу, чтобы все закончилось.
После его слов… Честно, лучше бы я их не слышала.
Он надеялся, что я не знаю, и просто-напросто мне в этом признался.
Отвернув голову к окну, я жду, когда он уйдет, но этого не происходит.
Обжигает мою щеку взглядом и молчит.
— Я ничего от тебя жду за помощь, — произносит он немного погодя.
— Мне ничего не нужно от вас. Я уже сказала.
— Ты не дала мне договорить.
— Я не собираюсь с вами здесь об этом говорить! — резко поворачиваю голову в его сторону.
— Здесь и не надо. Мне сказали, что если нужно, то тебе можно уходить, отдыхать дома. Я отвезу тебя домой. По дороге мы поговорим.
— Черта с два я куда с тобой поеду.
— «С тобой», — улыбается Ковалев.
Нашел чему радоваться.
— Не поеду! — добавляю убедительнее.
— Не капризничай. Ведешь себя как маленькая.
— Это я-то маленькая? — смотрю на него широко распахнутыми глазами. — А бегать взрослому мужику за молодой девицей, так это нормально? По-взрослому? Не стыдно, кстати, ради секса такими глупостями заниматься?
Он себе это секс где угодно может найти.
"— Бегать за женщинами никогда не поздно. Ни в каком возрасте.
Тут мой отец согласился бы с ним.
Но зачем вот так все рушить? Почему мужчины это делают? Он же явно не знает о том, какая на самом деле Андреева. Но все равно так поступает с ней!
— Вот скажите, — кривлю губы, — чего вам не хватает? Я видела в интернете вашу избранницу.
Я, может, и не имею никакого права устраивать ему такие сцены. Но он сам на них нарывается. Приехал, признался и теперь не уходит. Он может все прекратить в любой момент, но не делает этого.
— Тебя, — произносит он одно лишь слово. — Тебя не хватает. И все не так, как ты думаешь.
Нервно усмехаюсь и встряхиваю головой.
— А что я, по-твоему, думаю?
— Наш брак долго не продлится.
— Что?.. — произношу не своим голосом, а в висках сию секунду начинает пульсировать, боль в затылке усиливается.
Ковалев медлит.
Медлит, черт возьми, с объяснениями!
Впервые в своей жизни я настолько нетерпелива.
— Через три месяца наш брак будет аннулирован.
— Зачем тогда ты на ней…
— Тебе этого знать не надо. И даже вот этого… знать не нужно было.
— Но ты сказал.
