Автор
Эля проникается кошмарами каждый день, переживая двадцатый юбилей в грусти за смерть своей матери уже полгода назад. Чувствует себя под давлением и надеждой на лучшее почти утратила, хотя только в начале лета. Но однажды неожиданно решает взять мужа отца, переставляя все силы в свои руки....
Оно окончательное, — отвечаю и нервно сглатываю. На самом деле я очень страдаю от этого своего решения. Не того хочет мое сердце. Но я заставлю его замолчать. — Я хочу, чтобы ты уехал, Ярослав. Мне пора домой, — медленно поворачиваюсь, до последнего смотря на мужчину, затем разворачиваюсь, но не сделав и двух шагов, оказываюсь схвачена за руку.
Развернув меня к себе одним ловким движением, Ярослав откровенно вторгается в мое личное пространство, так знакомо впиваясь в мои губы властным поцелуем от которого невозможно отказаться.
Глава 22
Сейчас, чувствуя мое сопротивление, Ярослав не отступает, как тогда в отеле. Он действует смело, словно точно зная, что я испытываю в эти секунды.
Зарывшись пальцами мне в волосы, Ковалев не отпускает меня, будто ждет, когда я сдамся ему окончательно. И я даю ему то, что он хочет — расслабляюсь в его руках, готовясь дать ему отпор, когда он потеряет бдительность.
И только он ослабляет хватку, я отдавливаю ему правую ногу и отрываюсь от его губ, однако руки моей он не отпускает.
— Я сейчас закричу! — бросаю угрозу.
— Ты уже кричишь. Не надо, Эля.
— Отпусти, говорю!
— Я не верю, что хочешь, чтобы я исчез. Смотрю и не верю.
— Да не буду я с тобой спать! — шиплю я. — Как мне тебе еще это сказать?!
— Я не тащу тебя в постель, — парирует Ярослав.
— А что ты делаешь?!
— Я хочу большего.
— Не верю я тебе! Ей ты тоже самое говорил, когда уже задумал использовать?
— Я не собираюсь тебя использовать, Эля, — цедит мужчина сквозь зубы, чуть усиливая нажим на мою руку.
Отпрянув от него, я смотрю на мужчину испытующим взглядом и демонстративно стираю рукавом его поцелуй со своих губ.
— Мне нужно домой, — произношу я.
— Я хочу видеть тебя завтра.
— У меня работа. Я не могу.
— Вечером, Эля.
— Тайное свидание?.. Как мило. Но нет, — хмыкаю я высокомерно. — Устроите, господин Ковалев, его с кем-нибудь другим, — и сбегаю в подъезд.
Забежав в квартиру, я выключаю телефон и сразу отправляюсь в постель, в которой дрожу как при сильной температуре.
Утром я сразу встаю, не давая себе прогрузиться в подробности вчерашнего вечера, собираюсь и отправляюсь в магазин.
Весь день работаю, от клиентов отбоя нет, но закрываюсь все равно на час раньше. Отправляюсь в город, чтобы прогуляться и отвлечься. Ковалев больше не звонил, и я, наверное, рада этому. Не знаю, если честно. У меня все в голове перемешалось.
