Автор
Эля проникается кошмарами каждый день, переживая двадцатый юбилей в грусти за смерть своей матери уже полгода назад. Чувствует себя под давлением и надеждой на лучшее почти утратила, хотя только в начале лета. Но однажды неожиданно решает взять мужа отца, переставляя все силы в свои руки....
Просто сбрасываю и выключаю телефон. Заносить его в черный бесполезно, все равно будет звонить с других номеров.
Подъехав к дому, где Кира снимает квартиру, я не спеша иду к подъезду. Звоню в домофон. Подруга сразу отвечает и открывает мне. Встречает и сразу ведет на кухню, где пытается накормить.
— Спасибо, Кир, все очень вкусно.
— Ой, это всего лишь яичница. Ты, кстати, уже думала о сессии?
— Да. Я найму одну знакомую женщину на этот период.
— М-м…
— Да спрашивай, — вздыхаю я, видя, как Киру распирает от желания хорошенько меня расспросить по поводу последних событий.
— Признайся, ты согласилась у меня переночевать, чтобы он вдруг тебя дома не застал?"
"— И поэтому тоже, — качаю головой и делаю глоток сладкого чая. — А еще просто не хочу быть дома. Тошно мне.
— Понимаю. Знай, что можешь оставаться у меня насколько захочешь.
— Спасибо. Я это ценю, Кир. А теперь, если ты не против, давай сменим тему. Ни слова о Ковалеве.
Ни слова о том, которого я так просто не забуду.
* * *Я еще ни разу не ночевала у Киры. Нужды не было. Так странно просыпаться у нее. Я не лгала Ярославу, когда говорила, что не привыкла спать где-то кроме своей постели.
Кира положила меня в спальне, а сама легла на диван в гостиной. Настояла. Хотела, чтобы я чувствовала себя как дома.
Поднимаюсь всем корпусом и чувствую тупую боль в затылке, которая откликается острой болью в висках. Совсем мало спала.
С трудом встав на ноги, я отправляюсь в ванную комнату.
Разочарование охватывает с новой силой, когда я смотрюсь в зеркало, слезы непроизвольно делают меня размытой в отражении.
Упершись руками в раковину, склоняю голову немного вниз и, зажмурив глаза, выпускаю слезы на волю. Я не хочу думать, не хочу плакать… Но это сильнее меня.
Вдруг стук в дверь.
— Эль, ты как там?
— В порядке, — открываю кран. — Я сейчас выйду.
— Не торопись.
Позавтракав с Кирой, я иду собираться на работу, а уже будучи в общественном транспорте, начинаю переживать.
Во второй половине дня случается то, чего я боялась. Серый седан несколько секунд назад припарковался на другой стороне дороге. Только из него сейчас выходит не сам Ковалев, а его подручный. Слава, кажется.
Сам он не приехал, наверное, потому, что очень занят. Работой или…
Он направляется через дорогу, а я, сжав губы в тонкую линию, готовлюсь гнать его отсюда. Вряд ли он за цветами.
