Элли Рэйт, дочь одного из тех, кто всегда задерживается на краю возможностей, живет жизнь ожиданий и несбывшихся надежд. Ее жизнь полна рисками и сюрпризами, как в том сказке, которую мама читала ей, когда Элли только начинала понимать мир. Но улыбка Элли заключается в том, что несмотря на все трудности, она готова шагнуть через эти кирпичи, чтобы найти свое место в мире....
И вот тут я пожалела, что до сих пор так и не занялась задним двором собственного дома. Там вполне можно было бы устроить и песочницу для Джейд, и качели для Ирвина. Не так уж это дорого и обойдётся.
Следом мы постояли возле двух клоунов, которые ругались и лупили друг друга набитыми сеном мягкими «палками». Несмотря на достаточно тяжелое детство, а может быть, как раз и вследствие его, слишком надолго здесь Ирвин не задержался и монетку у меня не просил.
Когда мы выбрались из толпы, он брюзгливо отметил:
-- Взрослые, а притворяются, как будто два дурачка! Разве по-настоящему так дерутся? Ничего смешного в этом и нету…
Я просто молча погладила его по аккуратно расчёсанным волосам, стараясь не взлохматить, а он ласково сжал мою руку: мы прекрасно поняли друг другу, просто вспоминать вслух общее прошлое не захотели.
После этого мы потратили немного времени, чтобы посмотреть кукольное представление, а потом наткнулись на двух борцов. Пусть и дрались они по определенным правилам, но скуксившийся и слегка уставший Ирвин поморщился и попросил:
-- Пойдём уже купим что нужно, и надо бы домой возвертаться.
-- Не возвертаться, а возвращаться… -- машинально поправила я брата, но и сама уже понимала, что на сегодня с него хватит впечатлений. Время перевалило за полдень, и на такой жаре даже я чувствовала себя не слишком хорошо.
Прилавки с сырами раскинулись в центре рынка бесконечными рядами. Пожалуй, в глубине души я уже понимала, что с пиццей связываться не стану – слишком много неожиданностей при её приготовлении. Но сама идея выбрать продукт подешевле и хорошего качества, а потом получать нужное количество раз в месяц прямо дома, казалась мне весьма привлекательной.
А посмотреть таки было на что! Пожалуй, художник мог бы составить из этих сыров гигантскую картину, где от зеленовато-белых, маленьких и плоских сырных головок цвета переходили бы через лимонный и светло-жёлтый в солнечный янтарь и заканчивались бы яркими коньячными нотами.
