Элли Рэйт, дочь одного из тех, кто всегда задерживается на краю возможностей, живет жизнь ожиданий и несбывшихся надежд. Ее жизнь полна рисками и сюрпризами, как в том сказке, которую мама читала ей, когда Элли только начинала понимать мир. Но улыбка Элли заключается в том, что несмотря на все трудности, она готова шагнуть через эти кирпичи, чтобы найти свое место в мире....
Подарок не из дешёвых, но носил его барон с удовольствием, иногда позволяя Ирвину открывать их и слушать мелодичный звон.
Своим рабочим я тоже сделала небольшие подарки, начиная от тёплого вязаного пояса из собачьей шерсти для мэтра Огдена, и отрезов хорошей ткани для всех продавщиц и служанок. Сложнее всего было сделать подарок для Эйнса. Хейзел, его мать, как и все, получила отрез ткани на юбку и была растрогана чуть не до слез, а вот для него я почему-то купила забавную меховую кепку с козырьком и заполнила её конфетами.
Эйнс так обрадовался, что даже бросил любимую мясорубку и, исключительно от щедрости души, каждому из нас дал примерить свою новую шапку. Старую потёртую меховушку от наотрез отказался забирать и даже поскандалил с матерью, упираясь. Так она и осталась висеть в прихожей на гвоздике, пока в один прекрасный день я не догадалась завернуть её и убрать с глаз,а уж потом тихонько передать свёрток Хейзел.
Я тоже получила замечательные подарки: изящный золотой браслет с жемчугом от Алекса, серьги с жемчугом от тётушки Ханны и, неожиданно -- три батистовых носовых платочка -- от брата.
Мы все вместе ходили на Рождество в церковь, а потом, пока ещё не кончились каникулы, я несколько раз раз выводила Ирвина на каток. Там можно было взять напрокат коньки, которые бечёвкой или специальными ремнями крепили прямо к обычной обуви.
Именно там, у небольшого расчищенного озера на окраине города, где продавали горячий травяной взвар с мёдом и прямо на месте пекли хрустящие вафли и произошёл у нас разговор, который разбил мою жизнь на «до» и «после»…
Это было второе посещение катка и Ирвин, уже худо-бедно державшийся на ногах, неуклюже скользил по льду, периодически крича мне:
-- Элли! Смотри! Смотри, как я могу!
Я сидела на длинной лавочке для зрителей и терпеливо ждала, пока он накатается, не забывая махать ему рукой и, иногда, изображать аплодисменты – он действительно очень старался.
