Ну как ему теперь сказать? Почему она не призналась, что она Эй сразу, как только Роман ступил на порог? Ну поорал бы он, и то вряд ли, было поздно, да и дети спали. А вот как сказать сейчас, она точно не знала. Еще решит, что у нее не все дома и дочку отберет…
В это время воспитатель предложила детям подарить родителям рисунки, которые те рисовали специально для праздника, и Саша увидела у дочери в руках два рисунка. Она и правда ждала Романа, когда они успели договориться за ее спиной?
А ее счастливая раскрасневшаяся девочка уже пробиралась к ней, Саша смахнула слезинки, чтобы не потекла тушь и обняла дочку.
— Это тебе, мамочка, я тебя очень люблю!
— Спасибо, доченька, спасибо, моя родная, я тебя тоже очень люблю!
— Я еще дяде Роману рисунок нарисовала, — Дашка выбралась из ее объятий и отправилась к удивленному Яланскому.
Надо было видеть его лицо! Он растерянно моргнул, взял рисунок, а затем присел перед Дашкой и поцеловал обе ручки, которые сгреб одной своей, а она улыбнулась и принялась вытирать ему глаза. На это Саша уже смотреть на могла, выскочила из зала и прислонилась спиной к стене, хлопая ресницами и махая рисунком, высушивая слезы. А потом посмотрела на рисунок.
Там были нарисованы они с Дашкой, для верности дочка подписала, чтобы всем стало ясно, кто эта долговязая дылда, а кто маленькая кнопка с двумя хвостиками. А рядом с ними красовалась огромная машина, возле которой высилась такая же дылда, только в штанах, и рядом маленький мальчик. «Роман и Илюша» было написано почему-то на машине.
— А мне она нарисовала, как мы катаемся на лошадях, — Сашка дернулась, как он подкрадывается так незаметно?
— Слушай, давай только без проповедей, а? Не порти мне праздник, — взмолилась Саша, глядя на Яланского, бесцеремонно отобравшего у нее рисунок.
— Как хочешь, — Роман вернул рисунок, а Саша не удержалась, чтобы себе не заглянуть в его подарок.
Там двое наездников, судя по надписям Роман и сама Дашка, проезжали мимо дылды в платье с маленьким мальчиком на руках. «Мама и Илюшка». Что ее девочка себе напридумывала? С другой стороны, она писала просто «Роман», не дядя и не папа, впрочем, Саша слышала, как тот настойчиво просил дочь так себя называть.
— Пойдем, там еще не закончилось, — Яланский неожиданно мягко взял ее за руку и повел в зал. А она уж думала, он снова начнет стыдить ее и вспоминать о Дашкином отце. — Еще долго, ты не знаешь?
— У них потом сладкий стол и танцы, — вспомнила Саша.
