Автор
Темные глаза Ивана сверкали злобой, когда он говорил о том, что не может взять ее с собой. Она чувствовала на себе его холодный взгляд, словно камень на нежную рану. Никаких утешений или объяснений — лишь твердые слова об отсутствии места в их семье. В душевной ране оставалась только темнота и невыносимая тоска....
— Извини, я не хотела ни с кем разговаривать, — тихо призналась подруга, пряча взгляд. — Егор Викторович предупредил меня, что ты будешь звонить. Но я не могла ни с кем говорить. Мы опять поругались с Павлом.
— Ничего страшного. Сейчас у нас будет больше времени пообщаться. Но поверь, я не стану лезть в душу, — заверила я Катерину. — Захочешь, сама все расскажешь.
— Спасибо, — тяжело вздохнув, ответила девушка.
— Ма, ну дём! — поторопила меня Ириша.
— Мама, идем же скорее, там Егор. Мы хотим поздороваться с ним, — скороговоркой выпалила одна из близняшек.
— Егол? — подозрительно нахмурилась Ириша, копируя старшего Чаровского в гневе. — Егол мой дуг!
— И наш, — весело заверила ее вторая дочка Катя.
— Ириша, думаю, Егор согласится дружить с вами тремя. Вы же не против еще одной подружки, девочки? — спросила я у близняшек, видя, как напряглась в ожидании ответа моя кроха.
— Конечно, нет. Я Нина, а это Юля, — сообщила самая бойкая из сестер.
— А я Ииша, — внезапно застеснялась дочь.
— Идем играть? Егор, наверное, нас заждался, — весело произнесла Юля и потянула Нину и Иришку к центральной лестнице.
— Юля, осторожнее. Давай, лучше Ирине поможет спуститься мама. А вы беритесь за мои руки, — сказала Катерина довольно строго.
— Мама, но мы уже не маленькие, — с важным видом выдала Юля.
— Да я же не спорю. Но руки вы мне дадите, — почти приказала Катя.
— Сколько им? — спросила я, когда мы вышли на улицу, и девочки побежали на площадку, а мы присели на одну из скамеек.
— Три с половиной года.
— И где он был? — тихо спросила я.
— У очередной любовницы. Мне о его похождениях сообщает “заботливая” секретарша Павла. Также одна из его бывших. У моего мужа есть такая фишка, когда он влюбляется, то увозит свою избранницу в Питер, где они несколько суток предаются страсти.
— Но зачем ты с ним живешь? — вырвалось у меня.
— Мне просто некуда идти. Родители сразу сказали: “Сама выбрала такого, вот и живи”. А куда я с двумя детьми пойду? Образование получить не успела. Институт бросила. Верила словам мужа, что учиться мне незачем, что он всегда обеспечит и меня, и наших детей. Дурочка, короче, я была. Вот и получила сполна за доверие, — как-то отстраненно говорит подруга.
