Автор
В Веронике играет острый зигзаг между желанием подстроиться и выжить на работе и решением взяться за свое, забыв о предыдущих обещаниях. Каждая страница переполняется драмой и надеждой, вдохновляя читателей к самореализации.
Красотка, ничего не скажешь!
Меня затрясло.
— Ладно, все. Хватит. Давай раздевайся. Долгие прелюдии не в моем вкусе. Сейчас разок, по-быстренькому. Исправим то, что братец не доделал. Обещаю быть чутким, нежным, заботливым, и каким там еще? В общем сама дальше придумаешь, — Он подхватил нижний край футболки и бесцеремонно потащил ее кверху.
— Как ты можешь? Он же твой брат, — я отпихивала от себя гадкие руки.
— А мне всегда нравились его игрушки, — цинично выдал Кирилл, — особенно когда без спроса их берешь.
Ядовиты слова били наотмашь, вызывая физическую боль где-то внутри, под ребрами.
— Стоять, — рявкнул он, когда я попробовала увернуться и сбежать, — приказа скакать не было.
Я все-таки дотянулась до него. Со всей мочи зарядила мерзавцу между ног и бросилась к двери, готовая хоть по битому стеклу бежать прочь, лишь бы отказаться от него подальше.
— Извините, что так поздно звоню, мне бы Юрия Дмитриевича услышать, — раздался злой голос позади меня, когда я уже справилась непослушными руками с замком и почти выскочила в коридор, — разговор есть. Срочный.
Он звонил Жуковскому!
Я резко обернулась, с ужасом наблюдая за тем, как Кирилл с ледяным хладнокровием ломает жизнь своим братьям.
— Никак нельзя отложить. На кону стоит очень многое, — произнес он тихо, решительно, жестко.
Не осознавая, что делаю, я бросилась к нему. Повисла на крепкой руке, пытаясь оттащить в сторону телефон.
— Пожалуйста, Кир! Не надо. Умоляю! Не говори! Не надо!
— У меня для него важные новости, — продолжал он, не отрывая от меня ледяного взгляда, — они касаются…"
"— Прекрати! — вцепилась в него как клещ, — остановись. Стой! Я согласна! Я все сделаю, как ты хочешь!
На красивых губах разливалась ленивая улыбка.
— Простите.
Я затравленно отступила, понимая, что некуда бежать.
Растянутая футболка безвольным комом упала к моим ногам. В одних трусах я стояла перед Кириллом и мечтала провалиться сквозь землю, а он, не торопясь, обходил вокруг меня, довольно цокая языком:
— Красивая. Ноги длинные, талия узкая, — остановившись у меня за спиной, сжал ладонями мою талию. От чужих прикосновений в жилах стыла кровь, и бедное сердце едва билось.
