Автор
Поднимаешь документы и улыбаешься мертвой харе. Мужчины делятся всеми своими проблемами с твоим столиком как с крепким чаем. Вдруг ты понимаешь, что развод — это не что-то, что надо бежать из дома и заплакать в одиночестве. Это шанс освободиться от удушающего атмосферного тумана, который они какими-то невероятными усилиями создали вместе....
Матвей прокашливается в кулак, чмокает меня в лоб и, пожелав мне спокойной ночи, отправляется в свой кабинет.
Там он проводит всю ночь. Наводит на такую мысль, потому что поутру я обнаруживаю его половину постели нетронутой.
А вот вторая промелькнувшая в голове мысль заставляет мои волосы на голове зашевелиться.
Неужели подох от анафилактического шока?
– Матвей? – зову его настороженно, заглядывая в пустующий кабинет.
Следом я спускаюсь на первый этаж, ощущая, как растет во мне гнетущее чувство вины.
Однако все оказывается куда проще.
""Отец вызвал на работу пораньше. Какие-то проблемы. Домой вернусь поздно. Созвонимся еще. Целую"".
– Доброе утро, Катюша, – пугает меня знакомый женский голос, доносящийся из-за спины.
Подпрыгнув в воздух, я резко оборачиваюсь и едва ли не заваливаюсь на нашу домработницу.
– О-о-о, Дарья Алексеевна, здравствуйте, – улыбаюсь милой женщине с добрыми голубыми глазами и короткой прической цвета спелой вишни.
Она работает у нас без малого два с половиной года. Из всех домработниц, что Матвей нанимал, эта женщина – самая лучшая. Она не только вкусно готовит, но и совет дельный может дать, если к ней обратиться.
– Я вас чем-то напугала? – обеспокоенно выдает она, заглядывая в мое лицо.
Жму плечами неопределенно.
– Просто вы настолько бесшумно передвигаетесь… Я до сих пор не могу привыкнуть.
– Это моя работа – быть невидимкой.
– Перестаньте. В этом доме вы не обязаны быть невидимкой.
Женщина учтиво кивает и заглядывает за мою спину. На стол, где стоят нетронутые пакеты из супермаркета, которые ни я, ни Матвей не додумались вчера разобрать.
Я запамятовала. Вчера весь вечер я усмиряла свою злость, возникшую из-за контроля муженька. Мне было не до продуктов.
А вот Матвей… На него в принципе рассчитывать было бессмысленно. Он у нас по жизни инвалид, не приспособленный к быту и порядку в доме.
Даже как-то неудобно перед Дарьей Алексеевной.
– Чем сегодня вас порадовать? – спрашивает она, проходя к раковине и споласкивая руки, прежде чем провести распаковку пакетов.
– Приготовьте то, к чему ваша душа лежит, – отвечаю без раздумий. – Я полностью доверяю вашему вкусу. Уверена, будет как всегда – пальчики оближешь, – говорю я без капли лести, на что у женщины вспыхивают пухлые щечки.
– В таком случае я постараюсь вас удивить, – отвечает она, сверившись с имеющимися продуктами.
