И была очень благодарна, когда Джев накрыл мою руку своей и помог мне проделать этот путь до конца.
Патч меня целовал. И эти поцелуи пугали меня гораздо больше, чем тело-призрак и его непреодолимая власть надо мной. Его губы… везде… Дождь, теплый и сладкий. Где-то вдали гремит гром. И его тело, от которого идет невыносимый жар, так близко ко мне, так невыносимо близко ко мне.
Потрясенная и обессиленная, я цеплялась за это воспоминание, мысленно умоляя неведомо кого, чтобы меня выпустили.
И вот я задыхаюсь, ловя воздух ртом, словно после долгого пребывания под водой, и открываю глаза.
– Что? – Джев заботливо взял меня за плечи, когда я без сил рухнула на него.
Мы снова были в его студии, на стенах все так же мерцали свечи. Я испытала невероятное облегчение от того, что вернулась в реальность. Чувствовать себя пленницей в теле, которым не можешь управлять, – мне показалось это ужасным.
– Твое воспоминание было обо мне, – я никак не могла начать дышать нормально. – Но двойника не было. Я была как бы заперта внутри своего тела, но не могла его контролировать. Не могла управлять им. И это было… жутко.
– Что ты видела? – спросил он.
Он был так напряжен, что его тело казалось каменным. Один удар в нужном месте – и он вполне может рассыпаться на мелкие кусочки.
– Мы с тобой были здесь, наверху, в сарае. Но я называла тебя не Джев, а Патч. И ты… ты целовал меня. – Я была слишком шокирована, чтобы чувствовать смущение.
Джев ласково смахнул волосы с моего лица, провел рукой по щеке.
– Все правильно, – проговорил он тихо. – Тогда ты знала меня как Патча. Это имя я использовал, когда мы с тобой познакомились. Я отказался от него, когда потерял тебя. И с тех пор меня зовут Джев.
Я чувствовала себя полной дурой, когда расплакалась, но просто не могла остановиться. Джев – это Патч. Мой парень. Внезапно все встало на свои места. Неудивительно, что никто не знал имени Джев – ведь Патч изменил имя, как только я пропала.
– Я тоже целовала тебя, – сказала я, не переставая плакать. – Там, в воспоминании.
Его лицо смягчилось.
Я подумала, смогу ли когда-нибудь рассказать ему, что его поцелуй делал со мной. Наслаждение было слишком сильным, настолько сильным, что я даже испугалась и меня выкинуло обратно из его воспоминания.
Чтобы не отвечать на его вопрос, я сказала:
– Ты говорил, что как-то раз уже почти привел меня сюда, к себе в дом, но Хэнк помешал нам. Кажется, именно этот момент я и видела. Но я не видела Хэнка. До этого не дошло.
