И что делать теперь со своими чувствами я, увы, не знала.
— Мам, что с тобой? Ты какая-то не такая приехала, — Марго присела рядом и положила голову мне на плечо. Приобняла её, выдавив улыбку:
— Всё хорошо, просто не выспалась. Тётя Ника передает тебе привет, Игорь тоже, дети. Они очень расстроились, что ты не смогла приехать.
— А как отдохнула вообще? Чем занималась? — потянулась за диетическим печеньем дочь."
"Вспомнила, чем я там занималась и немного покраснела… и сразу же в грудной клетке стало невыносимо тесно. Я безумно по нему скучала… Неизмеримо сильно.
— Да так… прогулки в парке, аттракционы… чем там ещё заниматься, это тебе не Москва. Кстати, тётя Ника снова ждёт ребёнка.
— Серьёзно? — появился в дверном проёме Тимур, и мне захотелось раствориться, лишь бы не видеть его сейчас и не слышать. Он был мне неприятен. Всё, абсолютно всё в нём отталкивало: походка, аккуратно зачёсанные волосы, застёгнутая на все пуговицы рубашка. — Ну даёт сестрица твоя. На что жить-то они будут?
— Живут, не жалуются, — буркнула, уставившись в чашку.
— Ладно, мне на учебу пора собираться, потом поболтаем, — чмокнула в щёку Марго и, прихватив пару печений, убежала из кухни.
Тимур сел на своё любимое место во главе стола, положил рядом аккуратно сложенную пополам газету, налил кофе.
— А ты вот не захотела больше рожать, — то ли с горечью, то ли с укоризной произнёс он.
— Ты же прекрасно знаешь, почему — мне было тяжело с Ритой, ты вечно пропадал на работе… — врала я не слишком убедительно.
Я не не хотела больше рожать, я не хотела больше рожать от него.
— Так и скажи, что не родила просто назло мне. Да что теперь об этом… Почему ты не брала вчера трубку? Я звонил весь вечер.
— Не слышала.
— А где чемодан?
— Забыла… в такси, — ляпнула первое, что пришло в голову. Тимур удивлённо поднял глаза. — Я уже связалась с водителем, сегодня заберу.
А вот это уже опрометчиво — своих вещей я долго ещё не увижу, а может, не увижу вообще. Первая я Яну звонить не буду, а если позвонит он — не возьму трубку! Не хочу ни видеть его, ни слышать. Предатель.
— Пройду в комнату, полежу немного… — оставила чашку с недопитым чаем на столе и покинула кухню. Тимур проводил меня тяжёлым взглядом.
— Что произошло там, у Вероники? Тебя словно подменили, — крикнул вдогонку, но я сделала вид, что не услышала.
Много чего произошло, столько, сколько не происходило за всю нашу семейную жизнь! Оставив его вопрос без ответа, закрылась в комнате, легла ничком на кровать. Из настежь раскрытого балкона долетали детские голоса с игровой площадки у дома, домофонные трели, шуршание шин, а я лежала и смотрела в одну точку. Я сдулась, словно лопнутый мыльный пузырь. Меня шокировал не столько тот факт, что он женат, а то, что он не сказал этого раньше.