Но почти сто сорок километров в диаметре была почти абсолютно ровная поверхность. Почти, потому что что тут, что там торчали из земли обломки станции. И вот уже кажется, рукой достать можно до обломков, которые гору образуют. Но это только кажется, ехали мы долго. Гравиплатформа более двадцати километров в час не разгонялась. Хотя лучше плохо ехать, чем хорошо идти, да и ехать не идти, можно и красотами полюбоваться, я только и смотрел на снежную шапку, которая терялась в облаках. Хоп, пока я глазел, по небу гравиплатформа залетела в тоннель. Который был проложен сквозь мятые переборки. Вот и прилетели в один из залов, который тоже был вырезан из сплошного массива металла. Здесь встречал меня дряхлый ящер, который опирался на сучковатую палку, а одет был не в броню, а легкую мантию.
– Приветствую, я слышал, вы пришли к нам с именем Ашура, – встретил он меня словами, не дав даже нормально слезть с гравиплатформы.
– Пришел, не думал, правда, что вы забыли это имя, – сказал я в ответ, даже не представляя, кто такой этот Ашур.
Мои ящеры под предводительством Гены выстроились за моей спиной, с опущенными головами, им явно было стыдно служить мне.
Старейшина же уселся на одну из лавочек.
– Эх, молодость, молодость. Один молодой пытался доказать что-то тебе, лишился головы. Что вас, молодых, тянет что-то доказать кому-то. Проходи, садись, – ящер указал на лавки, стоящие кружком.
Ну что, мы не гордые, прошел, сел. Мои телохранители уселись позади меня, на лавках второго круга. Ящер старше меня, поэтому я сидел и ждал, пока он начнет разговор. А он его не спешил начинать. Просто сидел и смотрел на меня. Я сидел и смотрел на него.
– Ты очень хорошо говоришь на древнем, – отстраненно произнес ящер, как будто размышлял вслух.
– Вы тоже говорите лучше всех своих соплеменников, – сделал ответный комплимент и я.
– Мне скоро пятьсот лет исполнится, за это время можно чему угодно научиться. Вот лет триста назад мне только схватки интересны были, помню… А, прости старика, что-то меня в воспоминания потянуло. Так какой мир хочешь предложить?
– Любой. Как говорят, худой мир лучше хорошей войны. Давайте оставим за вами эту территорию. Только не нападайте на людей.
– Не пойдет. Какой-нибудь молодой аннунак обязательно пойдет доказывать свою удаль, да и из людей найдется кто-нибудь, кто проверить захочет, как далеко зайдет он на запретную территорию.
– Продай нам крейсер и дай пару месяцев на переделку. Мы улетим на родину.
– Целых крейсеров у меня нет. Есть ремонтопригодный. Но я не могу тебе его продать, у меня войнушка через пару недель намечается. Так что извини.
– У всего есть своя цена.
– Ну да, если есть достаточно кредитов, могу заказать для вас крейсер с аукциона.
– На аукцион мне кредитов не хватит.