Схватила подбежавшую Меланию и ринулась к Вестхольду, спиной ощущая, как дрожит земля под стенами древнего Иль-Тариона.
Глава 18. Ничего, кроме ненависти
Нож с такой силой вспарывает тренировочное чучело, что соломенное нутро высыпается на ноги Рейны. Но она лишь пренебрежительно кривит рот, разворачивается и снова бьет.
И в голове лишь одна картина: как летит со стены каменный осколок. Взгляд Киара. И его рывок, чтобы оттолкнуть. Не ее. Не Рейну! Предательницу-самозванку!
Со скрипом тренировочное чучело окончательно сдалось и повалилось на пол. Рейна отодвинулась и безумным взглядом обвела круглое помещение заброшенной башни. Ей было необходимо хоть что-то уничтожить. Сокрушить! Чтобы не думать.
Краешком сознания, который ещё был способен мыслить, северянка понимала, что поступок брата был… обоснованным. Правильным. Киар прекрасно знает способности и реакции своей сестры, он был уверен, что Рейна самостоятельно избежит опасности. А вот глупая самозванка оказалась бы придавленной камнем. И ее смерть могла повлечь за собой новые неприятности, ненужные сейчас.
Киар поступил как должно.
И Рейне хотелось от этого завыть.
Потому что так это выглядело со стороны. Но вовсе не являлось таковым на самом деле!
Любой из наставников Ледяной Цитадели, где брат и сестра провели большую часть своей жизни, похвалил бы действия Киара. Но Рейна знала правду.
Потому что помимо разумности существует что-то еще. То, что нельзя измерить приборами, нельзя рассчитать и обосновать. В краткий миг перед падением Рейна увидела глаза Киара. Вечно холодные, алые глаза, которые она знала лучше, чем свои. И эти глаза вовсе не были безучастными. Она увидела в них дикий, неконтролируемый страх. За жизнь самозванки! На свою сестру Киар даже толком не посмотрел, лишь мазнул взглядом, словно она значила не больше, чем засохшее дерево!
Выбор Киара был продиктован не пресловутой рациональностью, столь любимой и почитаемой лордами Колючего Архипелага. Не тем, что годами вдалбливали в головы наследникам. Не разумом.
Он был продиктован чувством.
И это словно сняло шоры с глаз Рейны.
То, что у брата однажды появится супруга, северянка, конечно, понимала. Но раньше это ее почти не заботило. Она представляла себе чопорную и холодную аристократку из северного рода, одну из тех, что одеваются в серебристые жёсткие платья с высокими воротниками и никогда не проявляют своих эмоций. Отстраненная, родовитая, послушная — такая жена должна была занять место по левую руку от Киара Аскелана. А по правую всегда будет стоять та, что разделила с ним кровь. Ведь разве может быть что-то сильнее их кровной связи?
Но она ошибалась. Она просто глупая девчонка, которая жила иллюзиями.