Надо будет повторить… как-нибудь!
Рейна плюнула, надеясь попасть на голое тело парня. Не попала и зашипела, как рассерженная кошка.
— Немедленно развяжи меня! Какого… склирза? Да я тебя… Знаешь, что я с тобой сделаю, тварь?
— Ай-ай, какой грязный ротик у благородной леди, — едва не мурлыкая, протянул Ржавчина. Присел на корточки, благоразумно решив не приближаться к Рейне слишком близко. Даже связанная она была опасна. — Можешь считать это благодарностью за сегодняшний день. Не хочу, чтобы ты была там, — он кивнул на окно, — когда начнется буря. Хотя…
Ржавый король хмыкнул и, разжав скрещенные пальцы, помахал рукой в воздухе.
— Хотя ладно, не буду врать. Я не хочу, чтобы ты всадила нож мне в спину, когда… поймешь, что происходит.
— Аскеланы не бьют в спину! — рявкнула Рейна. Алые глаза девушки потемнели от ненависти. — О чем ты говоришь? Что происходит?
— Буря, крошка, — Ржавый король выпрямился и улыбнулся. — Приближается буря. Я давно ее жду. А ты пока отдохни, вздремни. Все же я хорошо тебя… м-м-м… как же это назвать поприличнее…
Рейна разразилась ругательствами, а Ржавчина снова рассмеялся. Обернул вокруг бедер свою юбку, натянул сапоги. Глянул через плечо — уже без насмешки. И вдруг, стремительно приблизившись, впился в губы Ρейны порочным поцелуем. Он целовал ее так, как никогда не посмел бы целовать Вивьен.
Но Рейна — не Вивьен.
Тряхнув головой, Ржавый король накинул на северянку ее меховой плащ, отвернулся и ушел.
А Рейна провела языком по прокушенной губе, слизнула соленую каплю. От желания убивать у нее потемнело в глазах.
В высоких бойницах завыл ветер.
Мечей и кинжалов Иль-Тариона с лихвой хватило на вооружение моей армии. Ринг все еще качал головой, рассматривая синие искры на черной стали, но уже молча. Ряды защитников острова выстроились в широком коридоре, рядом с лазом.
Я вышел из густой тьмы и заметил, как люди попятились. Даже лесорубы, способные одним махом свалить здоровенную ель — и те предпочитали держаться от меня подальше.
Я прошел вдоль шеренги воинов и каждому посмотрел в глаза. Платок больше не закрывал мое лицо и люди видели черные рисунки, покрывающие кожу. Видели крылья. И Тени, змеями извивающиеся вокруг меня.
Я больше не скрывал то, чем стал.
Я стоял перед мужчинами, глядя в лица тех, кто готов был умереть за свободу.
Все указания уже озвучены, все приказы розданы. Осталось последнее:
— Оберегать мир, свет, жизнь и Империю! — приказал я.