В забытых Богом лесах Горе Луково, где нет ни одного озера или болота, тянутся бесконечные чащи и глухие дебри. Здесь даже черти предпочли бы не оказаться, называя это место Бабий омут. Чарующая и мрачная атмосфера этой книги создает предчувствие чего-то таинственного и невидимого за каждым поворотом лесной тропы....
Уходим к берегам Греции. На берегу редко буду. А дома — хозяин нужен. Кто ж, как не ты, отец?
— Что ж ты, меня вместо сторожа определить хочешь? — обиделся Петрович и добавил: — Я отвык от одиночества. Да и тут покуда не помеха. Чего караулить, над чем хозяйничать в твоей однокомнатной? Здесь у меня, погляди, какие владения — вся тайга! — указал он на лес.
— Да нет! Ради того и говорить бы не стоило. Не в сторожа — в отцы, в деды тебя прошу, — покраснел Клим.
— В деды? А дитя твое?
— Наш, отец! Наш пострел! И такой шустрый, на тебя похож.
— Как назвал внука?
— Ванькой! Ну не успел с тобою посоветоваться! Не обижайся!
— Мария? Помирился с нею?
— Э-э нет, отец! С нею все кончено. Я не возвращаюсь на круги своя. Не по мне латать порвавшееся. Да и прошло, отболело и забылось.
— Когда же ты женился второй раз? Кто она? Чего ж не сообщил? — упрекнул Петрович.
— Прости, отец! Так получилось, что свадьбы не было, — нагнул Клим голову.
Только теперь заметил Петрович, что мужики давно ушли в палатку, оставив их наедине.
— Сфулиганил? — запоздало пожурил Клима.
Тот отвел взгляд, кивнул головой."
"— Мы на плавбазе были. Консервами загружались. А тут она… Сезонница. Студентка, приехала на путину. Хотела заработать. Ну, а мне она приглянулась. Не сразу, но поверила. Пришла в каюту ко мне… Ну, не смотри так строго. Мужик же я, в конце концов.
