Варя Барсукова сталкивается с загадочным холодным красавцем, который преследует её. Между ними возникает напряжение, а Варя задается вопросом: зачем ей он? История разворачивается вокруг неожиданных событий и сложных отношений.
…Сильные, иногда болезненные толчки… Упираюсь руками об умывальник, чтобы не упасть, но он заставляет выпрямиться, держит руку под грудью.
— Смотри… смотри на себя. Хочу, чтобы… видела… как будешь… кончать…
Словно это не я, а какая-то бесстыдная девица извивается в его руках, стонет и требует еще, словно это не я кричу, когда он надавливает пальцами на клитор, словно это не я бессильно вишу на нем…
— Теперь можно и в ванную, — голос уставший, но довольный.
Я засыпаю в кровати через несколько минут. Последняя мысль о неизвестном мне идиоте, который почему-то прозвал Никиту Айсом. Какой же он лед…
Просыпаюсь от стука в номер. Кто это? Как же хочется спать… Никита… Я переспала с Никитой Ледневым! О чем я думала?! О чем?! Не успеваю себя как следует отругать, как заходит Айс и толкает вперед сервировочный столик.
— Завтрак. Как спала?
Он уже одет, выглядит так, словно спал минимум девять часов, а не занимался разными непотребствами…
— Мало… Нам скоро выезжать?
— Через полчаса. Вставай.
А сам подходит к кровати и садится рядом. Ну и как мне встать?!
Сейчас он скажет, что все было хорошо, но продолжения не будет, так?! Радуйся, девочка, тебя в Москву свозили, по реке покатали, в приличном обществе побыла, но и место свое знай. Где ты, а где он? Сама ведь знала, что так и будет.
— Мне одеться надо, — говорю и не смотрю на него. — Выйди, пожалуйста.
Что я несу!? Он всю ночь со мной сексом занимался и в темноте, и при свете… Со всех сторон успел разглядеть… Хочу исправиться, но не успеваю, он молча уходит из номера. Какая же я дура! Через полчаса выходим из гостиницы, а я так и не знаю, что он хотел сказать. Снова превратился в того Айса, с которым познакомилась зимой. Но ведь я знаю его другим… Может, к лучшему, так быстрее смогу забыть все, что было? В аэропорту тишина становится невыносимой, он ни разу даже не коснулся меня. Просто стоит рядом, как тень, и все!
— Никита, добрый день. Тоже улетаете?
Рядом с нами садится тот самый старичок, что вчера мучал Леднева своими разговорами.
— Да, у нас посадка через двадцать минут. А вы куда?
Они продолжают разговаривать, а я сбегаю в туалет написать Машке, что уже в аэропорту. О том, что сказка закончилась, и про Стаса писать не стала. Стас… Не представляю, что бы было, встреть я его одна, без Никиты. Если б не он…
— Ты где была? — снова сидит один, старичок куда-то ушел уже.
— Да так, — сажусь рядом. — Спасибо, что поддержал меня вчера, сама бы не справилась, наверное.
