Так переживала, что я буду преследовать ее Стаса… А я даже не представляю, о чем с ним можно говорить…
— Исмаилов неплохо учится, но звезд с неба не хватает, — Никита отбирает у меня бутылку воды и делает глоток. — Насчет гордости факультета и тем более гениальности — это материнские преувеличения. На грант претендовал не он, а скорее, Юлия. Вот она действительно может стать настоящим ученым. Пойдем, посадку уже пять минут как объявили.
— Справки навел. Пошли.
И впервые за сегодняшний день обнимает меня за плечи.
В самолете хорошо. Определенно, этот вид транспорта мне очень нравится. В голове крутятся слова Никиты про Стаса. Может, соврал? Всегда была уверена, что Стас станет величайшим ученым: он столько всего знал, его учителя на руках готовы были носить. А тут… Получается, что он такой, как все? Ник вряд ли бы соврал. Зачем ему? Кто для него Стас? Случайный знакомый, даже грант вчера не получил. Может, из-за меня спрашивал? Смотрю на него, а он опять в какой-то журнал уткнулся, держит меня за руку, всю дорогу не выпускает.
— Ты хочешь меня о чем-то спросить? — отрывает глаза от журнала, смотрит внимательно.
И я понимаю, что на самом деле мне глубоко плевать, гениален Стас или нет, получится у него стать ученым или нет. А вот парень, который сейчас терпеливо ждет моего ответа, мне важен. Очень важен.
— Нет! Просто хочу тебя поцеловать.
— И что тебе мешает? — откладывает в сторону журнал.
— Ну… тут люди везде, и вообще я никогда не целовалась в самолетах.
— Ты многого чего еще не делала и в самолетах особенно.
Целует меня нежно и отпускает раньше, чем мне хотелось бы.
— Тебе надо поспать.
Не успеваю возразить, а он уже достает откуда-то подушку, кладет себе на колени.
Никогда не спала у парня на коленях. Сейчас первый раз.
— Завтра что делаешь после учебы?
Мы сидим в его машине у Машкиного подъезда. Неужели все закончилось? Конечно, закончилось! А что ты хотела? Такие, как Никита, никогда не будут с одной, у него всегда будет много самых разных женщин. Может, даже предложит тебе быть одной из… Как Оксане?
— Да как обычно, — пожимаю плечами — на работе до семи, потом домой.
— Я заберу тебя в семь из офиса. Поужинаем вместе и, наконец, поговорим. Пора уже.
Молча выхожу из машины. А я не хочу никакого разговора, потому что боюсь, боюсь разочароваться в нем… Я больше не хочу знать, зачем я ему!
— Варь, посмотри на меня.
