Автор
В пять секунд и двенадцати словах жизнь Маргариты решена: она выходит замуж за Ремизова-младшего, которого даже не зная. Но как же сложить новую судьбу? В тени семейных обязательств скрываются загадки прошлое и будущее, а любовные перипетии лишь начинаются...
Он прошелся по мне таким взглядом, будто пощупал с макушки до пяток, а потом не скрывая сарказма поинтересовался:
— Ты всегда ворон на улице считаешь?"
"Я смутилась и, решив, что нарушила какие-то правила дорожного движения, сказала:
— Простите. Задумалась.
— Садись в машину, — он кивнул на пассажирское рядом с собой.
— За…зачем? — я сделала шаг назад.
— На улице дождь, подвезу.
— Спасибо, не надо. Мне тут не далеко…
— Я знаю куда тебе, — от его тона по спине прошлась волна колючих мурашек, а уж когда назвал мой адрес, так и вовсе стало не по себе.
— А вы, собственно говоря, кто? — настороженно спросила я, отступая еще на шаг.
— Я-то? — хмыкнул он, — судя по всему, твой будущий муж.
***
Я опешила. Будущий муж? Тот самый Марат Ремизов, о котором я сегодня первый раз в жизни услышала?
Не скажу, что меня накрыло радостью и восторгом, скорее наоборот. Паника, липкая и неприятная, обволакивала с ног до головы. Одно дело гипотетически, со слов Матвея узнать о том, что вскоре предстоит выйти замуж за совершенно чужого человека, и совсем другое увидеть этого человека вживую.
— Садись, — повторил он.
Я помотала головой и снова отступила.
— Я сама.
— Не бойся, я не кусаюсь, — усмехнулся почти что муж, — нам надо обсудить несколько очень важных моментов, прежде чем окунаться во все это.
Я не хотела никуда окунаться. Единственное мое желание – чтобы меня оставили в покое. Однако в моей ситуации покой был непозволительной роскошью.
Под выжидающим взглядом Ремизова, я покорно кивнула и направилась к машине.
Тогда Марат подался вперед и открыл машину изнутри, а я не слишком изящно и грациозно забралась в салон.
Внутри было тепло и пахло дорогой смесью кожи и дубового мха. Только сейчас я осознала, насколько замерзла, пока бродила под дождем…и насколько сырой была.
— Я все промочу.
Он отмахнулся:
— Поверь, это не самая большая проблема, — прибавил пару градусов на климат-контроле и плавно развернул машину.
— Мой дом в другой стороне.
— Знаю, но разговор займет некоторое время, а мне лучше думается, когда я за рулем.
Мы выехали на проспект, а разговор по-прежнему не начинался.
Дворники размазывали капли дождя по лобовому стеклу, Марат смотрел на дорогу, я смотрела на Марата.
Брат ошибался, когда называл его смазливым. Не смазливый, а красивый. Породистый.
