Автор
В пять секунд и двенадцати словах жизнь Маргариты решена: она выходит замуж за Ремизова-младшего, которого даже не зная. Но как же сложить новую судьбу? В тени семейных обязательств скрываются загадки прошлое и будущее, а любовные перипетии лишь начинаются...
И тем не менее почему-то все поздравляли меня с замужеством и в один голос утверждали, что я расцвела. Что глазки у меня блестят. Что я выгляжу как самая влюбленная девушка на свете.
В этот момент мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда. А еще становилось страшно до одури.
Ну какая же я влюбленная девушка? С чего? У меня просто хорошее настроение. И никаких влюбленностей.
И тут же Ремизов вспоминался. То, как утром собирались, как обнимал перед выходом – мороз по коже.
Нельзя увлекаться. Нельзя! Ни в коем случае! Для этого нет поводов, в любовь с первого взгляда я не верю, как и со второго.
Нельзя!
А в груди ломило. Странно так: то ли сладко, то ли болезненно. И мне никак не удавалось совладать с этими ощущениями. Оставалось только успокаиваться мыслями, что все это временные глупости и нервы. Надо просто перетерпеть.
Из офиса уходила в смятении и растерянности.
Однако это быстро прошло, потому что на второй работе меня ждала не такая теплая реакция.
— Ты сдурела что ли? Какое увольнение? — демонстративно порвал мой листок, — не буду я этого подписывать. Хватит того, что шел тебе на встречу и ставил только вечерние смены.
— Вы понимаете, я вышла замуж и мой муж…"
"— Да мне плевать! Замуж ты вышла или родила. У нас работников не хватает! Так что даже не заикайся на эту тему.
Очень неприятный мужик. Невысокого роста, волосатый, как обезьяна, грубый, с масляным взглядом. Девчонки даже поговаривали, что он к ним приставал. Я, к счастью, такой участи миновала — видать, тощие измученные девы были не в его вкусе — но в его присутствии всегда чувствовала себя, как не своей тарелке.
Но сегодня я вдруг поняла, что мне плевать – странное ощущение тепла и уверенность, что я не одна, и что теперь меня есть кому защитить, затопили по самую макушку.
Я вспомнила утренние слова Ремизова и повторила их почти бывшему начальнику:
— Крепостное право давно отменили.
Зло блеснув глазами, он поднялся из-за стола и двинулся на меня:
— Вот значит, как заговорила? — чем ближе он подходил, тем отчетливее становился неприятный запах изо рта, — перед кем-то ноги раздвинула и осмелела?
— Следите за речью.
— Ты меня еще учить будешь, что говорить? В моем магазине?
— Не важно где. Следите за речью, — холодно повторила я.
