Автор
В пять секунд и двенадцати словах жизнь Маргариты решена: она выходит замуж за Ремизова-младшего, которого даже не зная. Но как же сложить новую судьбу? В тени семейных обязательств скрываются загадки прошлое и будущее, а любовные перипетии лишь начинаются...
Это усмешка мне не понравилась. Было в ней что-то такое гадкое и в то же время предвкушающее, словно брат задумал очередную гадость.
— Зачем ты позвал меня сюда? — спросила я, внезапно осевшим голосом.
Цель этого «свидания» до сих пор была не ясна, но вряд ли можно было рассчитывать на что-то хорошее, особенно после таких усмешек.
— Хотел поговорить насчет твоей семейной жизни.
Так и хотелось заорать: оставь в покое мою семейную жизнь! Займись своей! Дай мне нормально дышать.
Но я ничего не сказала. Просто смотрела на брата, ожидая продолжения и с каждым мгновением все больше убеждаясь, что приятного ждать не стоит.
И не ошиблась. Потому что, дожевав кусок пирожного, Матвей как ни в чем не бывало сказал:
— Тебе надо забеременеть. И чем скорее, тем лучше.
Меня аж подавилась от неожиданности:
— Мет, ты о чем вообще? Мы едва знакомы, только начали жить вместе. Какая беременность?
— Самая что ни на есть обычная, и желательно мальчиком. Сама понимаешь, первый внук в семье Ремизовых – это круто. И его должна родить именно ты, пока никто из старших братьев твоего муженька не посуетился, и не спутал мне все планы.
Больной придурок.
— Тебе не кажется, это уже переходит все границы? — голос звенел от негодования, — Я не собираюсь беременеть по твоему заказу. Не знаю за кого ты меня держишь, за племенную суку, или еще за кого. Но нет.
— Сука и есть, — жестко сказал он, — и назначение у тебя только одно. Делать то, что я скажу.
Меня затрясло.
— Матвей!
— И на твоем месте, я бы постарался выполнить эту задачу побыстрее.
***
Это просто бред какой-то. Лютая и бессмысленная бредятина, которая вообще никогда не должна была звучать вслух.
И тем не менее она прозвучала. Упала камнем рядом со мной, и ее эхо до сих пор звенело у меня в ушах.
— Ты собираешься угрозами заставить меня забеременеть?
— Не собираюсь, а планирую, — совершенно ровно ответил он.
— Это шантаж!
Я дура! Трижды…нет десятикратная дура! Знала, что же ничем хорошим внезапная встреча с братом не может закончится! Надо было включить диктофон, привести с собой тайных свидетелей.
— Это бизнес-план, — брат равнодушно смотрел на меня поверх кружки.
Ему по фигу было и на мое возмущение, и на все остальное. В его глазах я просто была не слишком ликвидным активом, который нужно было реализовать.
