Она боялась, что утром может не обнаружить свои сапоги на месте, вдруг прислужница заберет их, чтобы почистить?
Ее взгляд упал на высокую вазу с узким горлышком, и она опустила свои сокровища в нее, оглядываясь через плечо. Но в купели был слышен плеск воды, и аид в комнату не возвращался.
Она еще раз осмотрелась и пошла в купель, в конце концов, ей до безумия хотелось вымыться!
Лавьер лежал в большом каменном углублении, наполненном горячей водой, откинув голову на сложенную холстину и закрыв глаза. Оникс осторожно спустилась по ступеням, села в воду. Блаженство окутало ее, и она не сдержала довольного вздоха. Губы аида чуть шевельнулись, словно он хотел улыбнуться, но глаза так и не открыл. Тихий стук в дверь заставил Оникс вздрогнуть и испуганно опуститься глубже под воду.
— Господин? — неуверенно спросила вошедшая прислужница.
Аид открыл глаза, повернул голову, рассматривая девушку. Оникс тоже рассматривала ее, чувствуя себя неловко. Прислужница была привлекательной, темноволосой, с яркими карими глазами, в которых сквозило любопытство.
— Инта, — протянул Лавьер, — проходи.
Прислужница кивнула. Бросила быстрый взгляд на Оникс и тут же отвернулась, встала на колени, подобрав юбку, взяла в руки мыло. И опустила ладони на голову аида, перебирая темные волосы. Потом наклонилась, скользнула руками по его груди и ниже, под воду, на живот.
Оникс отвела глаза. Конечно, она слышала, что богатых господ моют прислужницы, и ничего в этом удивительного не было, но смотреть на это ей как-то не хотелось. Ей было все равно, кто моет аида, просто чувствовала себя неуютно.
— Инта, позови Беатрис для госпожи, — сказал Лавьер.
— Не надо, — быстро сказала Оникс, сообразив, что «госпожа» — это она, вот уж дикость! — Я уже… сама.
Она быстро смыла с себя мыло, ополоснулась и, торопливо выпрямившись и закрыв волосами спину, чтобы скрыть цветок, стала подниматься по ступенькам, чувствуя тяжелый взгляд аида. И любопытный — прислужницы.
Оникс схватила холстину, завернулась в нее и выскочила в спальню, не оглядываясь. Уже в комнате она вытерлась и с отвращением посмотрела на свою грязную одежду. Надевать ее на чистое тело совершенно не хотелось, и делать этого девушка не стала, стащила с кровати покрывало, залезла в кресло, что стояло у камина.
Из купели доносился мерный плеск воды, один раз она услышала, как Лавьер рассмеялся. Оникс смотрела на огонь и почти задремала. Стук двери и шаги заставили ее поднять голову.
