– Тут Ширли умолкла и взглянула на сержанта. – Конечно, я понимала, это было противозаконно – вступать с ним в подобные переговоры, но и обратиться в полицию я не могла, и не только потому, что это была лишь оторванная половинка текста. Боялась, что Коллинз пронюхает, что в дело вмешалась полиция, и сразу уничтожит свою половину завещания.
– Да, положение, конечно, щекотливое, – согласился с ней Губбинс, все это время слушавший Ширли как завороженный."
"– Проблема была в том, – продолжила она, – что Доусон запросил просто непомерную сумму, и мы не могли заплатить ему такие деньги, по крайней мере до тех пор, пока не вступим в права наследства. Получался замкнутый круг. Но в конце концов мы все же пришли к компромиссу и договорились с Доусоном о встрече. Думаю, дворецкий согласился лишь потому, что боялся: если он будет упираться и дальше, у него могут возникнуть неприятности с полицией. Доусон должен был встретиться с Марком в свой выходной на Паттингли-роуд и отдать ему свою половинку завещания – для нас все лучше, чем ничего. А взамен Марк вручил бы ему долговую расписку на пять тысяч фунтов.
– Погодите минутку, мисс! Так ваш брат был на месте преступления, когда с дворецким расправились? – осведомился сержант.
– Вы не при исполнении, Губбинс, – напомнил ему Эмберли. – Теперь перейдем к обсуждению моего нечестивого поведения. Помните, как я сказал вам, что далеко не уверен, что нахожусь на вашей стороне?
– Помню, сэр. – Сержант округлил от удивления глаза.
– Я сообщил вам, что обнаружил тело убитого мужчины в салоне автомобиля «остин-семь» на Паттингли-роуд. Но умолчал о том, что на дороге рядом с этой машиной видел мисс Ширли Браун.
– Получается, вы утаили от полиции ценные сведения, так, мистер Эмберли? – печально произнес Губбинс.
– Именно так. Но, если б я все рассказал, Фрейзер бы наверняка повесил Ширли за убийство. Теперь вы понимаете, почему меня так заинтересовало это в общем-то скучное преступление. Доусон был жив, когда ты нашла его, верно, Ширли?
– Едва дышал. Он узнал меня. Он не привез свою половинку завещания. Не знаю почему. Возможно, потому, что хотел выжать из нас больше денег. Однако он все же успел сказать мне, где она находится.
– То есть вы хотите сказать, сэр, – вставил сержант, – что знали о завещании и обо всем остальном с самого начала и не удосужились рассказать нам?
– Ничего подобного. Тогда еще я ничего не знал. Но заинтересовался. Единственное, что я знал: убийство совершено с целью ограбления. А когда я выяснил, кто такой этот Доусон, понял, что вряд ли у него были при себе деньги, к тому же и из особняка ничего ценного не пропало. Стало ясно: возможно, у дворецкого имелся какой-то документ. Я познакомился с Бэзилом Фонтейном.