Внутри мрачной лаборатории жара и усталость сковало Герека. Он поднимался со стула, шумно выдыхая. "Докладывай!", - снова приказал я, чувствуя на себе непривычный для меня пристальный взгляд. Продолжение ожидаемо несло с собой новые открытия: следы древних технологий, магии и чудесного происхождения Герека в самой своей гигантской груди....
Мне уже встречались люди, которых возбуждают взрывы от сбрасываемых на планеты бомб и запуска ракет. И после сегодняшней ночи я был уверен, что Корф принадлежит именно к этой категории людей. Даже сейчас он почти не обращает на нас внимание, с какой-то потаённой любовью смотрит на артефакты. И чтобы огранить этот, так называемый, «алмаз» придётся ему поступать со мной на факультет артефакторов.
Я был уверен, что он способен создать более разрушительные артефакты, которые понадобятся в грядущей войне.
— Ярар, Тимофей, Григорий, — услышали мы голос Серека.
Когда я обернулся на окрик, увидел, что в нашу сторону вместе с дедом идут остальные Тьер. К моему удивлению рядом с мамой шёл Светлар. До этого момента я думал, что он давно покинул замок.
Светлар выглядел лет на пятьдесят. Но я уже не обманывал себя, ведь в Совете находились сильнейшие люди рода. Это означало, что он одарён способностью к стихии. А чем сильнее дар мага, тем дольше он может прожить. И поэтому его возраст мог быть как пятьдесят лет, так и двести пятьдесят.
После взаимных приветствий я позвал Корфа, который как раз находился поблизости. И услышав мой голос, он только тогда понял, что все уже здесь.
— У вас всё готово? — спросил я, когда он подбежал к нам.
— Да. Пять минут и начинаем, — ответил он.
Я кивнул и начал наблюдать за тем, как идут последние приготовления к показу.
В итоге первый взрыв прогремел через десять минут.
Когда я открыл глаза, то на месте, где прогремел взрыв, образовалась небольшая воронка. Все подошли к эпицентру и я постарался определить на глаз радиус взрыва, который примерно составлял семь-восемь метров. «Не так уж и много» — подумал я. Но от земли ещё исходил жар. А вся органика была полностью выжжена. И у меня не возникало сомнений, что только что мы создали страшное оружие.
— Барон Корф, после ночного взрыва находил ли кто-нибудь осколки метеоритного железа? — поинтересовался я.
— Нет, милорд. Мы думаем, что оно расщепляется во время взрыва. Скорее всего это происходит из-за взаимодействия пороха с фосфором, — ответил он.
— Покажите, как выглядят Ваши артефакты, — попросил я. Мне быстро подали предмет схематично похожий на первые доисторические гранаты из моей прошлой жизни.
