Внутри мрачной лаборатории жара и усталость сковало Герека. Он поднимался со стула, шумно выдыхая. "Докладывай!", - снова приказал я, чувствуя на себе непривычный для меня пристальный взгляд. Продолжение ожидаемо несло с собой новые открытия: следы древних технологий, магии и чудесного происхождения Герека в самой своей гигантской груди....
Когда она уже была на корабле и заносила снова эти ненавистные мешки, то любопытство её пересилило, и она заглянула посмотреть, что же там внутри. Но ничего, кроме каких-то странных камней, она не увидела. Зато в глубине трюма она увидела огромное количество бочек и пока никто не видит она открыла и увидела, что там порох. Уж характерный запах этого вещества она знала. Его использовали для строительства в Колониальной империи Бриттов, для быстрой добычи полезных ископаемых в карьерах или при строительстве туннелей в Гальской империи.
Когда она поднималась с новым мешком по трапу, почувствовала на себе изучающий взгляд. Возвращаясь к телеге за новым мешком, её интуиция начала вопить об опасности. Она боялась себе признаться, что потеряла бдительность. И когда увидела, что на приличном расстоянии от неё стоит темноволосый ребенок, одетый в богатые одежды, то сразу поняла, что её обнаружил «видящий».
* * *Как бы не старалась Эмери не привлекать внимание морфа, но ни у неё, ни у детей это не получилось. Ещё когда морф подымался по трапу в первый раз после обнаружения, Эмери заметила, как мужчина дернулся и еле остановил себя, чтобы не повернуть голову в их направлении. Сразу же после того как морф скрылся в трюме она отдала распоряжение, чтобы сюда поспешили маги и воины рода.
Долгие минуты ожидания и Эмери увидела, как морф спустился с корабля идя в сторону телеги с мешками.
— Морф, — вышла вперёд Эмери, — сдавайся!
Расстояние между кораблём и морфом было смехотворным. Но на это и был наш расчёт. Если он активирует заклинание детонации, то сам погибнет.
— Людишки, — прошипел морф женским голосом. После этого она приняла свой истинный облик. При чём одежда на ней тоже изменилась. На морфичке была надета женская броня, на поясе висела рапира, которую она тут же вытащила из ножен.
— Ты умрёшь первой! — громка сказала Эмери. — Погибнешь только ты, и своих целей, какими бы они ни были, не достигнешь! Мне поставить щит и сдержать взрыв не составит большого труда. Сдавайся! И я оставлю тебе жизнь!
— Ахах-ха, — рассмеялась морфичка.
