Внутри мрачной лаборатории жара и усталость сковало Герека. Он поднимался со стула, шумно выдыхая. "Докладывай!", - снова приказал я, чувствуя на себе непривычный для меня пристальный взгляд. Продолжение ожидаемо несло с собой новые открытия: следы древних технологий, магии и чудесного происхождения Герека в самой своей гигантской груди....
— А что если сделать пули с оболочкой из метеоритного железа! Или даже не так, создадим капсюль из метеоритного железа, в котором будет находиться фосфор и порох с кровью. И тогда у нас получится дальнобойное и убойное оружие против магов.
Корф, слушавший каждое слово, что я говорил, начал расплываться в блаженной улыбке на лице. Мы начали с жаром обсуждать нашу идею, записывая, что нам может пригодиться для её воплощения.
Спустя полторы недели я предложил Эмери скакать быстрее домой. Плестись в колоне было ужасно скучно, и я считал, что теряю время.
Моим главным доводом было то, что у меня строится город, и плюс ко всему через два месяца я должен быть в столице, чтобы сдавать экзамен для поступления в академию.
Серека уговаривали мы совсем недолго. Мне показалось, что он и сам хотел бы быстрее вернуться домой, но оставить воинов без командования не мог."
"На следующий день я, Эмери и Зес отделились от колонны воинов и на большой скорости помчались в сторону дома.
— Таким темпами, мы будем дома через неделю, — обрадованно сказал я.
— Было бы здорово, — сказала Эмери. Переведя взгляд на Зеса, она спросила: — Что тебя настораживает?
— Я чувствую, что за нами следят, но взгляд не несет в себе угрозы, — ответил он.
Я почти сразу активировал магическое зрение, осветив округу голубым светом.
— Рысь⁈ — удивлено произнёс я, не веря в то, что вижу.
И, наверное поняв, что его заметили, из кустов вышел наш старый знакомый.
Он также сел напротив нас, и поймав мой взгляд, транслировал мне картинки.
— Что он хочет? — спросила у меня Эмери, поняв, что сейчас произошло.
Но прежде чем ей ответить, я кивнул животному. И он, скрывшись в кустах появился со своим маленьким детенышем.
— Он хочет, чтобы я забрал его с собой, — ответил я матери. — Этот котенок родился глухим, а это почти что приговор для него.
— А зачем он тебе? — спросила Эмери.
— Не знаю. Но он мне нравится.
После чего я взял в ладони небольшой комочек шерсти и положил его к себе на ноги. Когда наши взгляды встретились, мне пришёл образ, что он сосёт грудь своей матери.
— Кажется он голодный, — произнёс я. — И чем нам его кормить? — спросил я, смотря в глаза его отцу. Тот снова скрылся за кустом, после чего появился с тушкой зайца.
