Автор
В темное небо над городом взметнулись последний самолет, освещая кольцо зеленой зоны огнями. Здесь, где электрические разводы редели и исчезали, цепочка ртутных светильников напрямую лежала от Восточного шоссе до жестяного плаката "Счастливого пути!". В этих мгновениях ощущалась таинственная атмосфера, словно город в эту ночь был заперт в собственной истории....
— Продолжайте наблюдение. Не приближаться, — устало сказал Мишуев.
Сизов быстро прошелся по кабинету взад-вперед. Так мечется по вольеру затомившаяся овчарка.
— Сядьте, — бросил подполковник. Старик сел.
— Они двинулись к водокачке. Иду следом, — доложил Веселовский и после паузы продолжил:
— Впереди показался патрульный автомобиль. Преследую. Связь прекращаю.
Красная «шестерка» подпрыгивала на ухабах, поднимая бурые облака пыли. Наперерез ей заходил желтый «УАЗ» с включенной мигалкой. Резко завыла сирена.
Фоменко громко откашлялся.
— Молодцы, на нервы давят… Давай и мы?
Веселовский кивнул.
— И фары включи! Песцов выполнил команду. Пронзительный визг итальянского сигнала наложился на басовитый рев отечественной сирены.
Оперативная «Волга» с зажженными фарами и патрульный «УАЗ» зажимали машину «сицилийцев» в клещи.
Огоньки вызовов на пульте у Мишуева перемигнулись: один погас, тут же зажегся другой.
Теперь частил словами Веселовский:
— Они бросили машину и спрятались в доме путевого обходчика! Дом старый, аварийный, в нем никто не живет.
Мишуев посмотрел на Сизова. Тот молчал. Казалось, что он впал в оцепенение.
— Жду указаний, — нервно донеслось из динамика.
Мишуев поднес руку к вороту сорочки, но нащупал уже расстегнутые пуговицы. Ему показалось, что Сизов насмешливо улыбается, но усилием воли сдерживает улыбку.
— Надо проявлять больше инициативы! Гоняли, гоняли, загнали в укрытие и ждете указаний! Разве так проводят боевую операцию! — заорал подполковник.
— Окружить дом, вести наблюдение…
Сейчас подошлю патрульные машины с кольцевой и направлю группу из райотдела. Руководство операцией по-прежнему на вас! Все!
Губы Сизова снова шевельнулись.
— Оружие?
— Оружия не видно? — послушно повторил Мишуев.
— Нет, — сказал Веселовский и помолчал. — Может, под одеждой? Или в сумке… Большая, спортивная, в красную клетку.
— Меньше фантазируйте, опирайтесь на факты! Что собираетесь предпринять?
Веселовский опять помолчал.
— Блокировать дом. Через громкоговоритель предложу им сдаться.
— Предложи… Только вряд ли… Агрессивные психопаты с непредсказуемым поведением. Они будут ногтями царапать, зубами рвать. Справишься?
— Как-нибудь… — без особой уверенности сказал Веселовский.
— Помни: оружие держать наготове и применять решительно.
— Помню. До связи.
