Автор
В темное небо над городом взметнулись последний самолет, освещая кольцо зеленой зоны огнями. Здесь, где электрические разводы редели и исчезали, цепочка ртутных светильников напрямую лежала от Восточного шоссе до жестяного плаката "Счастливого пути!". В этих мгновениях ощущалась таинственная атмосфера, словно город в эту ночь был заперт в собственной истории....
Вот уж кому сам Бог велел спать-почивать: осведомленность, достаточную для осуществления общего руководства, представит суточная сводка, положенная ровно в восемь на широкий полированный стол, а вникать в подробности куратору административных органов совершенно ни к чему. Но нет — презрел неудобства, окунулся в самую гущу событий, работает наравне со всеми. Правда, толку… Велика еще сила инерции, ой, велика!
«Отставить неуместную иронию!» — почти услышал Сизов излюбленный окрик Мишуева. Правда, его самого начальник до сих пор одергивать избегал.
Но, похоже, скоро начнет.
Откуда-то сбоку вынырнул Веселовский.
— Видели? — кивнул он в сторону неразличимых отсюда брезентовых холмиков. — Мясорубка!
Сизов пожал плечами.
— Дальность почти километр, мощность соответствующая. А тут — с десяти метров… — И без всякого перехода спросил:
— Глаза не болят?
— А чего им болеть? — удивился Веселовский. — Я как огурчик — даже спать перехотел!
— Может, тебя и комары не грызут? — брюзгливо спросил Сизов, расчесывая зудящую щеку.
— Грызут, сволочи, спасу нет! Почти всю кровь выпили.
— Ну то-то же, — нравоучительно пробурчал Сизов и попытался не щуриться.
— Наших можно увозить? — совсем рядом спросил начальник УГАИ.
— Еще немного, — резко ответил Трембицкий. — Доктор хотел посмотреть выходные…
Силуэт следователя напоминал вставшего на задние лапы волка.
— Привет, Вадим! — окликнул Сизов. — Скоро заканчиваем?
— Кто там? — рыкнул важняк, вглядываясь в темноту, и сделал несколько шагов вперед. — Ты, Игнат? — продолжил он обычным голосом.
Думаю, за час уложусь. Оставлю оцепление, по свету надо сделать дополнительный осмотр. Сейчас все равно ни черта не видно и спать охота. Комары еще проклятые…
Оборвав фразу, Трембицкий заторопился туда, куда переместились прожектора и софиты и где судебномедицинский эксперт уже поднимал брезент.
Потянуло холодным ветром, сильнее зашумела роща, и Сизов подумал, что, если оказаться здесь одному, этот шелест покажется зловещим.
Между деревьями мелькнул свет, желтый круг выплыл на обочину, увлекая за собой две темные фигуры.
— У нас появилась версия, что стрелять могли из засады в лесополосе…
Фигуры приблизились. Мишуев с тяжелым аккумуляторным фонарем в руке водил по месту происшествия Сергея Анатольевича и старательно изображал осведомленного, компетентного, активного руководителя. Иногда эта роль ему удавалась, особенно если зрители не были профессионалами. Осветив Сизова, подполковник запнулся.
