Юная сирота Лидия Тальянова скрывает опасную тайну своего происхождения. Воспитанница Смольного института втянута в запутанную игру интриг, где каждый знакомый может оказаться врагом. Ей предстоит разгадать загадку своего прошлого и найти истину о гибели родителей, рискуя собственной жизнью.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Загадка для благородной девицы» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Юная сирота Лидия Тальянова скрывает опасную тайну своего происхождения. Воспитанница Смольного института втянута в запутанную игру интриг, где каждый знакомый может оказаться врагом. Ей предстоит разгадать загадку своего прошлого и найти истину о гибели родителей, рискуя собственной жизнью.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Юная сирота Лидия Тальянова скрывает опасную тайну своего происхождения. Воспитанница Смольного института втянута в запутанную игру интриг, где каждый знакомый может оказаться врагом. Ей предстоит разгадать загадку своего прошлого и найти истину о гибели родителей, рискуя собственной жизнью.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Я перевела взгляд с серег на ее лицо, вежливо улыбнулась и попыталась вложить в эту улыбку все достоинство, которое у меня имелось. – К сожалению, эти серьги не подходят к моему туалету.
Разумеется, сказанное было глупостью: нет такого платья, к которому бы не подошли бриллианты. Но Ильицкая, думаю, меня поняла. Взгляд мой она выдержала смело и не моргнув. А потом хмыкнула:
– Гордая, да? Ну ладно…
Она в последний раз оглядела себя в зеркале и направилась к дверям, договаривая уже на ходу самое важное:
– В церковь нынче Женечку привезут.
– Как привезут?! Откуда вы знаете?
Все мое «достоинство» разлетелось в пух и прах, и не заметить этого Ильицкая не могла.
– Да уж знаю, – высокомерно ответила она, – в Псков, говорят, шишка какая-то с самого Петербурга приехала – специально по Женечкиному делу. Уважают его очень на службе, понимаете?
– Понимаю…
– Так вот и в церковь наверняка дозволят приехать – с Лизкою проститься.
Серег я так и не взяла. Не знаю, что задумала Людмила Петровна, но едва ли Ильицкий воспылает ко мне чувствами лишь потому, что я надену бриллианты его матери.
А чутье Людмилу Петровну не подвело: Евгений в сопровождении Севастьянова и Платона Алексеевича действительно был в церкви. Я старалась не глядеть на него, почерневшего лицом и исхудавшего. Не хотела видеть в его глазах скорбь по Лизавете – мне было тяжело видеть это. Я вообще старалась держаться особняком ото всех, стояла у самых дверей и лишь пытливо вглядывалась поочередно в лица Андрея и князя. Как ни ужасно, но, кажется, кто-то из этих двоих убил Лизавету, и я ждала, что кто-нибудь из них себя выдаст.
Князь светлым и печальным взором глядел на иконы, внимательно слушал священника, да и после, когда подошло время ему подойти к гробу, ни один мускул на его лице не дрогнул. Если это он задушил Лизавету, то ему бы играть в театре.
Поведение Андрея насторожило меня куда больше. К гробу он не подошел, а лишь, плотно сжав губы, блуждал взглядом по помещению церкви. У меня создалось впечатление, что он, как и я, ждет, что убийца непременно себя чем-то выдаст. Или же его изводили какие-то другие мысли. В любом случае эмоций по поводу происходящего у него явно было больше, чем у Михаила Александровича.
* * *"
"В тот же день я узнала, что в ближайшем будущем состоится не одно венчание, а два. Слава богу, что намерения Андрея оказались хотя бы честными в отношении Натали: он сделал ей предложение. Я изо всех сил старалась желать им счастья, но… Андрей совершенно не походил на влюбленного, только все больше и больше чернел лицом. Да и Натали счастливой невестой не выглядела.
– Это будет очень скромное венчание, – тихим голосом, будто оправдываясь, повторяла она уже пятый раз, кажется, – ведь у нас траур по папеньке и… Лизавете Тихоновне.
