Женька провел в гостиной Олега уже два часа, но сон коварной тьмы все никак не шёл. Каждый звук в доме становился для него ужасом ночи: капли стекла на крыше, проползающая кошка и глухой щелчок приоткрывшейся дверью. Все это вместе с подозрительной пустотой — словно кто-то прячет что-то от него....
— Если б еще сам работал, вообще бы цены не было, — сгибаясь под тяжестью вешалки, проворчал в это время щуплый Темыч.
— Потому и нужен Артур Минаевич даже очень известным людям, — не расслышав, на счастье, реплику Темыча, продолжал мастер. — От заказов отбоя нет.
— Дали бы карандашик-то, а? — напомнил сверху о своем существовании Женька.
— Ты чего там еще? — с явным недовольством прервал свой монолог Артур Минаевич.
— Размечать нечем, — пояснил Женька.
— Чего ж вы тогда стоите? — покосился на ребят мастер.
— Не пойду, — заупрямился Тема, и светлый ежик на его голове встал дыбом. Он просто не выносил, когда кто-нибудь напоминал о его невысоком росте.
— Вот это ты зря, — скорбно покачал головой мастер. — Я, между прочим, тебе в отцы гожусь, а может, даже и в деды.
— Да он сейчас сходит, — показала украдкой Катя кулак Темычу."
"Мальчик нарочито медленно двинулся в комнату Олега и принес карандаш.
— Возьмите, — протянул он его Артуру Минаевичу.
— Мне не требуется. Вот ему отдай, — посмотрел мастер на Женьку.
Тот постарался как можно скорее наметить точки на стене. Еще чуть погодя выяснилось, что их намечать не следовало, так как от вылетевших шурупов остались дырки.
— Могли бы сразу предупредить, что здесь и висела, — с укором уставился на ребят Минаевич. — У меня время — деньги.
— Чтоб ты быстрей ушел, — пробубнил под нос Тема.
Катя услыхала и фыркнула.
— Вы чего? — тут же вполне жизнерадостно отреагировал мастер.
— Нет, это он так, — поторопилась ответить Катя.
— Тогда я полез, — подключив дрель к розетке, взлетел на стремянку мастер. — О-о! — поглядел озабоченно он на часы. — Меня уже следующий клиент ждет. Так что, теперь, ребята, вы мне не мешайте. Сам как-нибудь справлюсь по-быстрому. Друзья с большим облегчением удалились на кухню. Вульф не отставал от Тани. После Олега эта тихая светловолосая девочка была его самым любимым человеком на свете.
— Ну, что тебе дать? — нагнулась к Вульфу Таня. Она тоже обожала пса.
Вульф тут же лизнул ее в нос. Таня потянулась к вазочке с печеньем, чтобы угостить друга, но тут из прихожей послышался властный окрик Артура Минаевича:
— Эй! Кто-нибудь! Подержите стремянку! Шатается!
— Где ты этого полководца отрыл? — покосилась ехидно на Олега черноволосая Катя.
— Я? — поморщился мальчик в очках.
