В утреннем мраке "Палас Вербье" скрывается в тени, а служебный лифт открывает дорогу к люку 622 — центру загадочной истории. Официант с завтраком стремительно направляется по коридорам отеля, оставляя за собой тишину и напряжение.
– Не обращайте внимания на писателя, – сказала Скарлетт соседке, – он любит поворчать, но, в сущности, чертовски мил. Вы хорошо знали Эвезнеров?
– Не очень. Мы не были близкими друзьями, но поддерживали добрососедские отношения. Симпатичная пара. Мой пес тогда то и дело убегал. Кобель венгерской легавой. Лучше брать сук, с ними меньше хлопот. А кобелей не дозовешься. Учуют что‐нибудь, найдут лазейку в ограде, и поминай как звали. Так вот, они часто приводили мне Кико, если он им попадался на дороге.
– Кико – это собака?
– Да.
– Нет, спасибо! – отказался я.
– С удовольствием! – обрадовалась Скарлетт.
Соседка пошла за альбомом со снимками Кико. Пока она листала его, Скарлетт спросила:
– Что вы можете рассказать нам об Анастасии и Макере?
– К тому моменту их брак практически распался. В смысле, она ему изменяла.
– Откуда вы знаете?
– Однажды Анастасия получила большой букет. Чтобы муж ничего не заподозрил, она соврала, что цветы от меня в благодарность за поимку Кико.
– А кто был ее любовником? – спросил я.
– Понятия не имею, но Арма, их домработница, наверняка все знала. Однажды она мне даже на это намекнула.
Я записал имя.
– А фамилия Армы? – спросил я.
– Уже не помню, но могу дать вам ее мобильный телефон.
Глава 13
Книга Есфирь
Вторник, 11 декабря, за 5 дней до убийства
– Чтобы он оказался моим должником … – повторял Макер, размышляя над советом, который доктор Казан дал ему несколько часов назад.
Около семи вечера Макер ходил взад-вперед по кухне, наматывая круги вокруг Армы, готовившей ужин. Как сделать так, чтобы человек оказался моим должником? – твердил он как заведенный.
Он размахивал своим экземпляром “Двенадцати разгневанных мужчин”, как будто это каким‐то чудесным образом могло ознакомить его с содержанием пьесы. Насколько он помнил, присяжный, который всех переубедил, не нуждался ни в чьем одолжении, чтобы добиться своего.
