Внутреннее свете троих свечей затаили дыхание, ожидая, что произойдет следующее в загадочной салонной комнате, где хозяйка Гликирия Госпожа ждет своих гостей. Лицо женщины скрывается под черным платьем, которое создает иллюзию отдельного существа из тьмы. Девочки чувствуют себя неуверенно, прижимаясь друг к другу....
За двадцать тысяч, — уточнила она.
— Это еще смотря какой приворот, — ответила госпожа Гликерия. — Если простой, то двадцать. А если сложный, то даже со скидкой все пятьдесят.
— Я-ясненько, — протянула с бывалым видом Моя Длина. — Типичный рекламный трюк. На объявлении — скидка. А в действительности ничего подобного.
— Моя энергетика служит только добру, — явно обиделась госпожа Гликерия. — И денег я беру ровно столько, сколько мне требуется на восстановление сил.
Школьникова хмыкнула и принялась оглядывать комнату.
— Окладики-то на иконах из жести, — отметила Школьникова. — Небогатое заведение.
— Ошибаешься, милая, — услышала ее шепот женщина в черном. — Все иконы старинные. Они освящены еще двести лет назад.
— А оклады из жести. И не старинные, — не сдавалась Моя Длина. — Уж я-то как-нибудь разбираюсь.
— Самоуверенность — большой грех, — заметила словно бы вскользь госпожа Гликерия.
— Может, проверим? — поднялась было на ноги Школьникова.
— Думаю, лучше нам будет с тобой перейти к сути, — жестом велела сидеть ей хозяйка салона. — Кто из вас и кого привораживать собирается?
— Я, — ткнула себя пальцем в грудь Моя Длина.
— Та-ак, — очень внимательно посмотрела на нее женщина. — Налаживание отношений с родителями и другими родственниками — двадцать тысяч. Приворот возлюбленного — пятьдесят.
— Тогда пятьдесят, — с тяжелым вздохом полезла в сумочку Моя Длина.
Когда в руках у госпожи Гликерии оказалась пятидесятитысячная купюра, она скомандовала:
— Фотографию на стол!
Школьникова уже держала наготове крупноформатный снимок. На нем был отображен Андрей Станиславович в окружении класса. Фотографию сделали в конце прошлого учебного года.
— Который из мальчиков? — посмотрела на снимок женщина.
— Мальчики мне не требуются, — высокомерно отозвалась Моя Длина. — Я имею в виду учителя.
— Этого, что ли? — ткнула госпожа Гликерия в высокого и очень худого классного руководителя девятого «В». — Сложное дело. Очень сложное, — вдруг принялась бормотать она с отрешенным видом.
— Было бы просто, без вас бы как-нибудь справилась, — сказала Моя Длина.
— Помолчи, — недовольно сморщилась женщина. — Работать мешаешь.
— Действительно, Машка, заткнись, — прошептала Таня. Она давно уже чувствовала, что атмосфера в салоне «Магия» накаляется.
