Гарри Хинчина — это легендарный создатель автобуса с уникальной скоростью. Ослепительное утро в портовой столице встретило невероятно белый Гарри Хинчины автобус, способный лететь на десять узлов. Центральный Банк Лорнака ожидает застрявшим прямо перед входом в немецком изобретателе....
Однако прошла секунда, и я послал руку вперёд, накидывая лассо на удаляющийся дирижабль. Жандармы слаженно бросились ко мне, но мысленно я уже праздновал победу: Дирижабль удалось задержать! Именно в эту секунду из толпы придворных выпрыгнул комиссар Лейк и наперерез моим чарам кинул свои. Более яркие, а, следовательно, мощные, алые с фиолетовыми проблесками, они столкнулись в небе с воздушным лассо и взорвались единым фейверком.
— А-а-а-а! — раздались вокруг испуганные женские визги.
— Убийца-а-а-а! Хватайте его!
Колоссальное опустошение накрыло меня с головой. Дьявол… У меня не получилось вернуть Эндрю, а пока я буду объяснять Маркусу и Его Величеству, что произошло, Миллер не только покинет территорию Малого дворца, но и сделает своё чёрное дело. Ведь не зря он придумал столь хитроумный план, чтобы молодой принц отправился во Франконию именно на дирижабле. Неужели всё зря?! В это мгновение чей-то острый кулак прилетел мне прямо под дых, ещё один попал в селезёнку, я согнулся пополам от остро накатившей боли.
Уже перед тем, как потерять сознание от ещё одного удара, я услышал сухой голос Маркуса и успел удивиться:
— Запрещаю трогать господина Ксавье!
В этот раз сознание не хотело возвращаться быстро. Я несколько раз просыпался и, находясь на границе между явью и сном, слышал какую-то суету вокруг себя, незнакомые голоса, но не мог разобрать ни слова.
— Да что вы себе позволяете! Туда нельзя!
Из очередного бесконечного сна меня вывели чьи-то крики.
— Вы вообще знаете, кто я?
— Мне плевать, — раздражённо ответил женский голос, — убирайтесь.
— Это мой коллега, — мужчина продолжал настаивать на своём.
— У вашего коллеги обширные внутренние травмы, магическое истощение, следы белладонны в ауре, а кожа обтягивает кости! Да он недоедал минимум полгода! Дайте ему, наконец, отдохнуть и прийти в себя!
— Именем короля, пропустите, или я буду требовать вашего увольнения.
