Богданов был убит, а тайна клада оказалась раскрыта.
Теперь рассмотрим вопрос о сохранности самого восточного из колчаковских кладов, захороненного в окрестностях станции Тайга. Повествование свое мы начнем с анализа стандартной папки из архива КГБ Эстонской ССР. Дело как дело, таких были тысячи. По обвинению в заурядном мошенничестве некоего Карла Пуррока.
Судя по "громким" подписям, дело тянуло как минимум на покушение на основы государственной власти, а в итоге — статья 169 ч. 2 УК РСФСР (мошенничество) и 5 лет колонии общего режима. И подсудимый не был ни генералом, ни сотрудником спецслужб, ни народным артистом. Так, обычный рядовой гражданин из Эстонии (всего год назад вошедшей в состав СССР). Давайте ознакомимся с этим делом поподробнее, особенно с фигурировавшим в нем Карлом Мартыновичем Пурроком. Оказывается, он в 1910 г. выехал с родителями из Эстляндской губернии на Алтай, где по инициативе П.А. Столыпина безвозмездно раздавались степные, луговые и лесные угодья. В начале 1919 г. 26-летнего Карла мобилизовали в колчаковские войска. Вначале он служил рядовым, а затем перевели в старшие писари 21-го пехотного запасного полка и присвоили звание фельдфебеля.
К октябрю белым войскам пришлось несладко: они отступали от Барнаула через Омск и Новосибирск, а "красные" шли по пятам, норовя окружить противника. К тому же соблазнял и объемистый обоз в 100 подвод, конвоируемый полком.
Но только 2 человека из всего полка знали о том, что перевозятся и несколько ящиков с золотом — сам командир полка Жвакин или Жвачин и… Карл Пуррок. Во время допросов в НКВД он рассказывал, как разворачивались дальнейшие события.
В конце октября поздним вечером, примерно на пять верст отойдя от станции Никольское, полковник приказал нескольким обозным остановить лошадей и пересесть на другие подводы. Вскоре на лесной полянке остались: полковник, писарь и двое солдат. А рядом с ними были лишь несколько подвод, да четыре большие ямы, кем-то заботливо выкопанные заранее.
— Братцы, — молвил полковник, — надо бы схоронить кое-какое имущество.
В одну яму они сложили оружие, в том числе много новых револьверов системы "Наган", в другую — лошадиную амуницию. Третью яму наполнили шинелями и связками подметок.
"В четвертую же, — утверждал Пуррок, — мы опустили 26 ящиков, в основном по 2 и 4 пуда весом, несколько по 1 пуду, из них 8 с золотой монетой, остальные же были со слитками". И поскольку до края ямы было еще 70 см, они затолкали туда тут же убитую лошадь. Расчет был на то, что если начнут копать посторонние, то увидят труп животного и бросят дальнейшие раскопки. После завершения операции полковник приказал всем сесть на освободившиеся от груза сани, и они принялись догонять ушедший полк. Но им не повезло.