Автор
Возвращаясь в живописный городок Стайлз, я восхищаюсь его привычками и тайнами. Поныне судьба местных жителей окутана мистикой, вызванной знаменитым процессом по убийству, который был в свое время на грани между любопытством и безумием. Каждый камень в этом городе скрывает своё сокровище, готовое разыграть ещё одну историю призрачного убийства....
– Я сам отнесу его Эмили.
Он налил кофе и вышел из комнаты, осторожно неся чашку.
Лоуренс последовал за ним, а миссис Кавендиш села с нами.
Какое-то время мы все трое молчали. Была чудесная ночь, теплая и тихая. Миссис Кавендиш обмахивалась пальмовым листом.
– Слишком душно, – проговорила она. – Будет гроза.
Увы! Подобные гармоничные моменты всегда непродолжительны. Мой рай был грубо нарушен звуком хорошо знакомого и очень неприятного мне голоса, который донесся из холла.
– Доктор Бауэрштейн! – воскликнула Цинтия.
Я ревниво глянул на Мэри Кавендиш, но она, похоже, совершенно не была взволнована, деликатная бледность ее щек ничуть не нарушилась.
Через несколько минут Алфред Инглторп ввел доктора, который, смеясь, протестовал, что в таком виде не может появиться в гостиной. Зрелище и впрямь оказалось жалкое: он буквально весь был заляпан грязью.
– Что с вами, доктор? Что вы делали? – воскликнула миссис Кавендиш.
– Я должен извиниться, – ответил Бауэрштейн. – На самом деле я не собирался заходить в дом, но мистер Инглторп настоял.
– Ну, похоже, вы и правда попали в затруднительное положение! – воскликнул Джон. – Выпейте кофе и расскажите нам, что с вами произошло.
– Благодарю. С удовольствием.
Доктор довольно уныло засмеялся и стал описывать, как, обнаружив очень редкий экземпляр папоротника в труднодоступном месте и стараясь достать его, он поскользнулся, потерял равновесие и постыднейшим образом упал в пруд.
– Солнце скоро высушило мою одежду, – добавил он, – однако, боюсь, вид у меня не очень респектабельный.
В этот момент миссис Инглторп позвала из холла Цинтию.
– Отнеси, пожалуйста, мой портфель, дорогая! Хорошо? Я ложусь спать.
Дверь в холл была открыта. Я встал, когда поднялась Цинтия. Джон стоял рядом со мной. Таким образом, было три свидетеля, которые могли бы поклясться, что миссис Инглторп несла в руке чашку кофе, еще не отпив его.
Мой вечер окончательно и бесповоротно был испорчен присутствием доктора Бауэрштейна.
– Пройдусь с вами до деревни, – сказал ему мистер Инглторп. – Мне нужно повидать нашего финансового агента в связи с расходами по имению. – Он повернулся к Джону: – Ждать меня никому не надо. Я возьму ключ.
Глава 3
Трагическая ночь
Чтобы сделать эту часть моей истории более понятной, я прилагаю план второго этажа Стайлза.
В комнаты прислуги ведет отдельная дверь.
