Автор
Встретив новый день в ослепительной снежной метели, Кэролин не могла уснуть. Погруженная в бесконечные думы, она забывалась под шедевром природы за окном, но свет из комнаты соседа все еще сверкал и манил к себе. В эти минуты она чувствовала себя независимой от всего мира, заточенной в безмолвную тишину своей одиночественной спальни....
— А что со мной может случиться?
Кэролин уже не сомневалась, что чувство вины не даст ей сомкнуть глаз.
— Могу я войти?
Его губы лениво растянулись в ехидной усмешке, и Кэролин вспомнила, как легко ему удавалось вывести ее из себя.
— Ну конечно, дорогуша. Почему же ты сразу не сказала, зачем пришла? Я всегда рад услужить прекрасной даме.
Тем не менее, он не стал раскрывать дверь шире, и девушка подумала, что самое время послушаться голоса разума и вернуться в свою постель. Вместо этого она бесцеремонно толкнула дверь, отчего мужчине пришлось отступить назад, пропуская Кэролин в тускло освещенную комнату.
Алекс прошаркал к широкому мягкому дивану, стоявшему у камина — в свое время Кэролин купила этот диван, потому что он так и манил домашним уютом — и удобно развалившись на нем, посмотрел на девушку с насмешливой улыбкой.
— Запри дверь, милая, — пробормотал он. — Да налей нам чего-нибудь выпить.
Кэролин плотно закрыла дверь, потому что не хотела, чтобы любопытные Макдауэллы стали свидетелями их разговора, однако не стала закрывать дверь на ключ.
— Мне кажется, ты уже выпил достаточно, — холодно заметила она.
Он растянулся на диване и чуть заметно улыбнулся.
— Может быть, да, — хмыкнул он. — А может, нет.
Ее глаза понемногу привыкали к слабому свету, идущему от камина. Она старалась, чтобы ее взгляд не опускался ниже шеи самозванца — вид его тела почему-то ее беспокоил — но сейчас и смотреть-то больше было некуда. Даже зимой его кожа золотилась от загара, выглядела она здоровой и упругой и было заметно, как под ней мягко перекатывались хорошо развитые мускулы.
Кэролин нервно сглотнула. И только тогда заметила, что его кожа покрыта испариной, а взгляд холодных, насмешливых глаз как будто остекленел. Она пыталась уверить себя, что он пьян, хотя знала, что дело вовсе не в этом.
— Что с тобой случилось? — спросила она.
— Ничего, — он мило улыбнулся. — Почему бы тебе не подойти ко мне и не показать, что скрывается под этой старой майкой?
Под майкой у нее ничего не было, и он об этом знал. Но она продолжала допытываться.
— Ты не Александр Макдауэлл, — резко сказала она.
— Ты пришла, чтобы сказать об этом? Нет, я так не думаю. Давай, снимай майку и поцелуй меня.
Она не могла понять, как мужчина мог одновременно и соблазнять ее и действовать на нервы.
