По горизонту воздух грозил раскалиться до неприемлемых температур, и Артём боялся не успеть найти укрытие перед первыми лучами солнца. В посёлках Песчаного Пояса поджаривание считалось казнью — но ведь она проходила за несколько часов. А в этой ночи жертвой могла стать каждая душа, оставшаяся вне защиты....
А я поудобнее перехватил копьё, готовясь к отражению воздушного налёта, и начал сбавлять темп."
"Знаю, отражать воздушный налёт копьём — это, как минимум, странно. Зато сразу выдаёт всю серьёзность моих героических намерений. Первого атакующего я встретил почти идеально — в шею. И не просто уколол, а сделал длинный надрез, взмахнув острой кромкой кремнёвого наконечника. А затем, не теряя времени, покатился по земле, спасаясь от когтей и лап.
Когда вскочил, неудачливый охотник уже обиженно верещал, унося себя домой.
Ещё от двух нападающих я просто увернулся. А вот третьего сумел поразить в самое крыло! Полупрозрачная перепонка лопнула, а этот стрекозёл превратился в неуправляемый визжащий болид. И в результате вспахал клювом землю.
В процессе падения он переломал себе крылья, шею — а может, и ещё что-то до кучи. Однако это было уже неважно: ему и перелома шеи вполне хватило бы. А СИПИН радостно сообщил о начислении баллов:
— Вано, поберёг бы ты эндемичную фауну для внуков.
Спрашивать, почему так мало, я не стал. Времени не было слушать про коэффициенты опасности и прочие математические нюансы моего героизма.
…Те двое стрекозлов, от которых я увернулся, заходили на новую атаку. А со спины подбирался ещё один — хитрый и маленький.
Он мне, если честно, больше всех не понравился… Потому что пикировал очень уж целеустремлённо.
Пришлось резко менять траекторию движения, уходя из зоны атаки всех трёх тварей. В результате, мелкий хитрован обиженно заверещал, повертел головой на длинной шее — и рванул к моим спутникам. Он явно определил себе новую цель — и, похоже, это была Вера. Хотя точно сложно сказать.
— Осторожно! — заорал я.
И меня услышали.
Девушки кинулись в разные стороны, вереща не хуже стрекозла. А Трибэ и Мелкий с Аней оперативно шлёпнулись на землю, пропуская угрозу над головами. Я обернулся к двум оставшимся врагам, но те уже активно махали крыльями, преследуя уходящую гигантскую форму жизни.
И только последний летун не сдавался. Видимо, мечтал отожраться и вырасти из заморыша в самого крупного «альфача».
