В душном доме накаливают жар на весь день. Гневное проклятие Яги затачивает сердца, пока неясный заговор Черной Мессы разгорается в глубинах призрачных корней лавы. Жизнь переполнена страхом и надеждой, когда каждый шаг может быть последним.
Картина ужасная! Везде разгром, солома раскидана, лавка перевернута, от ведерка, как вы помните, одни щепки, на затоптанной овчине валяется наш отчаянный герой и… спит! Тихо так спит, доверчиво свернувшись калачиком. Сопит, бормочет что-то во сне, а от его дыхания на полу травинки высохшие перекатываются.
– Пойду-ка я лекарство тебе приготовлю, – тихо решила Яга, – а ты посмотри, что да как во дворе, и стрельцов кликни, пущай мертвяков этих из моего терема выносят.
Я, все еще кривясь от боли, обошел спящего, осторожно прикрыв за собой дверь.
– Ничего не помню… – слабо простонал он. – Из-за крыльца прыгнул кто-то, я и оборониться не успел…
– Встать можешь? Давай помогу.
– Голова кружится…
– Это бывает, сегодня всем досталось, пойдем в терем.
При виде тела своего товарища парень вздрогнул.
– Не смотри. Упыри его порвали.
Когда мы прошли в сени, Баба Яга укутывала лоскутным одеялом спящего Митьку.
– Плохо его дело. Вон, глянь, какие царапины на шее – заболеть может. А этот что?
– Похоже, сотрясение мозга вследствие тяжелого удара. Я уложу его в горнице, посмотрите потом, как помочь…
Где-то через час пришли сменные стрельцы, был вызван Еремеев, поднята на ноги вся сотня.
Митяя перенесли в мою комнату, он метался во сне, что-то снова шептал, но не просыпался и не приходил в сознание. Длинные следы упыриных когтей на его шее почернели и распухли, Яга прикладывала к ним мокрую тряпочку. Мне она сунула голубоватую мазь в горшочке, я, морщась, натер оба бока, боль отпустила.
– Если до вечера не выходим парня, готовь гроб, участковый, – мрачно предупредила Яга.
– Мы можем что-нибудь сделать?
– Я и делаю, что могу!
– Ну… лекарства какие-то, уколы обеззараживающие, операция или переливание крови? Может быть, кровь нужна?
– Одно лекарство ему помочь может – вода живая. А у меня, как на грех, кончилась.
