Четыре подруги становятся жертвами серии странных несчастий: одна умирает от отравления грибами, другая гибнет в пожаре, третья едва выживает в автокатастрофе, четвёртую преследует маньяк. Кто стоит за этой чередой трагедий и что связывает их жизни? Детективный триллер о мести, тайнах...
Раздел Chitat.online для книги «Заговор небес» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Четыре подруги становятся жертвами серии странных несчастий: одна умирает от отравления грибами, другая гибнет в пожаре, третья едва выживает в автокатастрофе, четвёртую преследует маньяк. Кто стоит за этой чередой трагедий и что связывает их жизни? Детективный триллер о мести, тайнах...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Анна и Сергей Литвиновы Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Четыре подруги становятся жертвами серии странных несчастий: одна умирает от отравления грибами, другая гибнет в пожаре, третья едва выживает в автокатастрофе, четвёртую преследует маньяк. Кто стоит за этой чередой трагедий и что связывает их жизни? Детективный триллер о мести, тайнах...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Мы, я уверен, достигнем с ним мирового соглашения…
…Лазерный диск с вальсами Шопена доиграл. У Кати как раз начали слипаться глаза. Последней мыслью перед тем, как провалиться в сон, было: «Скоро я, наверное, смогу рассчитаться за свой «Пунто». И даже купить в машину си-ди чейнджер»…
…Двадцать третьего марта весна наконец победила. Всю ночь шел дождь, смывая грязный московский снег. А ранним утром в окно спальни нахально вломилось настоящее весеннее солнце.
Катюша открыла глаза и улыбнулась: «Ни уроков, ни лекций! Целый свободный день впереди. А погодка-то сегодня – прыжковая!..»
Но на аэродром Катя, конечно, не поедет. Ни сегодня, ни когда-либо еще.
Коттеджный поселок на шестом километре по Алтуфьевскому шоссе проснулся. Как не похоже на зимнее затишье! По недостроенным коробкам домов лазают рабочие. Визжат пилы. Разъезжают самосвалы с плитами, досками и кирпичами.
Выруливая, словно в слаломе, меж лежащих на поселковых дорожках куч гравия и песка, Катя подъехала к Валиному коттеджу. Ворота, как всегда, распахнуты. Валька, заслышав тарахтенье «Фиата», ждет ее на пороге дома – в своей обычной загородной спецодежде: растянутых трениках и старинном, еще времен аэродрома, свитере.
Катя подруливает прямо к порогу.
– Ты еще в дом мне въехай! – голосисто, точно так же, как всегда, кричит Валя. И широко улыбается.
Катя, подъехав еще ближе, прямо к крыльцу, выходит из машины.
Обнимает подругу. С удовольствием замечает, что ее объятия крепкие, а на щеках играет румянец.
– Ну как ты, как? – не терпится Кате.
– Не дождетесь! – браво отвечает подруга. – Вчера на томографию ездила. Прикинь, заросло все. Як на собаце!
В доме Катю уже ждет накрытый стол. Внушительный салат «оливье», колбаска, рыбка, ассорти из домашних солений.
Только грибов нет – грибы Валентина Лессинг теперь ненавидит. И Катя тоже…
Валя разливает по стопкам водочку.
– Я не буду, мне ж еще ехать, – отказывается Катя.
– Будешь, – грозно говорит Валентина. – Сегодня – сорок дней.
– Чего? – удивляется подруга. И вспоминает: сорок дней, как умер Джейк…
Они молча, не чокаясь, пьют. Набрасываются на закуски. В камине осторожно потрескивают поленья. В окно бьется нетерпеливое солнце.
– Эх, Катька! Погодка прыжковая! – вздыхает Валентина. – Давай как-нибудь прыгнем, а?
– Да тебе твой Ганс не позволит!
– А что Ганс? При чем тут Ганс? – хорохорится Валя. – Так я его и спросила. Он вообще сейчас в Австралии. Да я с ним скоро разведусь! Надоел хуже тухлой капусты! Фриц Гансович!..
Катя молча улыбается. Наезды подруги на мужа давно стали привычными, равно как и ее угрозы развестись.
Ей на минуту вспоминается другой ужин – здесь же, три месяца назад, под католическое Рождество.
