О чём книга «Заговор против Сталина»
В Ленинград въезжает опасная делегация. Вокруг города непрерывны огонь зениток и мощные блокпосты. Гладкий путь на секретный аэродром пролегает среди разрушенных улиц, словно тень умирающей эпохи.

В Ленинград въезжает опасная делегация. Вокруг города непрерывны огонь зениток и мощные блокпосты. Гладкий путь на секретный аэродром пролегает среди разрушенных улиц, словно тень умирающей эпохи.
Но не добежали ста метров, как объявилась новая партия «смертников». Похоже, эсэсовцы разделились, и каждая группа пробивалась своим маршрутом. Защитные комбинезоны мелькали среди скал. Они объявились сбоку, свалились как снег на голову. Елизавета Юрьевна, застонав, привалилась к камню. Захлебывался в своем «наморднике» пленный абверовец, таращил глаза.
– Уходите! – крикнул откуда-то сверху Резник. – Я прикрою! Их семеро! Давайте резче, майор, пока не стало больше!
– Валите отсюда… – забормотал Романов, путая русские и английские слова.
– Павел, постой, – растерялся Генка. – Как мы без тебя? Тебя убьют, а нам этот тип на хрена? Что мы с ним делать будем?"
"– Истомин знает позывные, в центре скажут, что делать… Да не трясись, Генка, догоним! Бегите, прощаться не будем.
Елизавета Юрьевна попятилась, не отрывая от майора глаз. Бормотал на своем родном «королевском» Энди, хватая полковника поперек туловища.
Он залез на камни, сбив колени, и вставил в автомат рожок, мысленно отметив, что остался еще один.
Наверху тарахтел автомат – опальный товарищ Резник сдерживал напор неприятеля. Враги подползали, прятались за камнями. Мелькали серые, нечеловеческие лица, сведенные судорогой.
Резник перестал стрелять – кончились патроны. Одного он все-таки зацепил – раненое туловище извивалось на камнях.
– Павел Сергеевич? Какими судьбами? Я же вам сказал уходить…
– Вместе уйдем, Андрей Борисович, – Павел сдавленно хохотнул. – Вы же не возражаете, если я вас временно буду называть настоящим именем?
– Да как угодно, майор.
Эсэсовцы были настырные, не отступали.
Павел подполз к нему.
– Что у вас с ногой, Андрей Борисович? Давайте помогу.
– Да все в порядке, зажало между плитами.