Гул снарядов гремел вдали, когда он шаркающим шагом поднимался по склону, как машина, пронзенное пулями. Кусты и камни лишь незначительно задерживали его стремительный бег, словно механический монстр, двигающийся без остановки к своей цели.
Марина, сколько твой Володя вытерпит?
– Ты же сам говоришь, до утра простоит. Я так думаю, что простоит и дольше.
– Не надо перегибать палку, – сказал Сумароков. – Это не только заставит бандитов нервничать, это их излишне насторожит. Немного потянуть время можно, но только в рамках приличия. Потом идти все равно придется.
– Согласен, – кивнул Судоплатов, впрочем, совсем неохотно.
У Сумарокова опять подала «голос» трубка мобильника.
– Слушаю… Хорошо… Продолжайте наблюдение. Держите и того и другого под прицелом.
– Уже приняли, – зажав рукой микрофон «подснежника», сказал Судоплатов.
Сумароков убрал трубку и сообщил для остальных:
– Два человека, предположительно, кавказской национальности, прошли внешний круг, вошли во внутренний. Ведут себя подозрительно, оглядываются, словно кого-то ждут или ищут. Контролируют две стороны: и от дома и в сторону дома… Один, судя по походке, в возрасте, второй – явно молодой.
– Остановились в тех самых кустах… Похоже, спрятались, – сообщил Сумароков самую свежую информацию. – Это они? Будем брать сразу?
– Давайте команду, – после недолгой паузы согласился командир оперативной бригады ФСБ. – Ваши парни ближе. Если что, включатся мои снайперы. Я предупрежу.
Он вытащил трубку.
Подполковник Сумароков придвинул ближе ко рту микрофон.
– Внимание всем! Блокируем пару в кустах.
Но Сумароков связаться со снайперами не успел, потому что мобильник сам вызвал его.
– Так, понял… Все… Понял… Судоплатов! Отбой…
– Всем отбой! – тут же, еще не вникнув в ситуацию, повторил подполковник спецназа ГРУ.
И повернулся к командиру оперативной бригады ФСБ за разъяснениями.
– Это не они. Они звонили Володе из машины.
– Забавно получилось бы, если бы Таймасхан с Хамзатом из машины наблюдали, как мы захватываем посторонних, – оценил ситуацию Судоплатов.
– Марина может не идти. Теперь мы знаем, где они, и можем брать на месте… – Сумароков, кажется, почувствовал облегчение.
